Ну что, друзья, наливайте себе бокал чего-нибудь покрепче — или какао, если вы всё еще верите в сказки. Мы здесь собрались, чтобы обсудить финал эпохи. Да-да, я говорю о том самом сериале, который почти десять лет заставлял нас ностальгировать по временам, когда мы даже не жили. Stranger Things всё. Финита ля комедия.
Осторожно: дальше будет столько спойлеров, что хватило бы на отдельный сезон «Санта-Барбары». Если вы еще не видели финал, бегите отсюда, как Уилл Байерс от демогоргона. Я предупредил.
Итак, в эту среду (да, 31 декабря, Netflix умеет испортить оливье слезами) вышла последняя глава саги. Одиннадцать, Майк, Дастин и вся честная компания, за чьим пубертатом мы наблюдали с 2016 года, добрались до финала. И что мы имеем? Векна повержен, Изнанка (Upside Down) схлопнулась, а Одиннадцать… ну, скажем так, совершила героическое самопожертвование в духе лучших голливудских драм, чтобы правительство не пустило её на опыты. Казалось бы, занавес, слезы, титры.
Но давайте не будем спешить хоронить нашу лысую (или уже не очень) героиню. Есть подозрение, что братья Дафферы сыграли с нами в напёрстки, и я, кажется, знаю, где спрятан шарик.
А был ли мальчик… то есть, девочка?
Сценаристы выкрутили драму на максимум: Одиннадцать (Eleven) решает остаться в Изнанке, которая, как выяснилось, — просто червоточина в жуткое измерение Бездна (Abyss). Эль устраивает там локальный армагеддон, чтобы злой доктор Кей (Dr. Kay) не смог перезапустить свою фабрику детей-экстрасенсов. Перед тем как исчезнуть в небытие, она успевает телепатически чмокнуть Майка и выслушать его мольбы не уходить. Трогательно? Безумно. Окончательно? А вот тут начинается самое интересное.
В эпилоге, когда мы уже готовы рыдать в подушку, Майк во время партии в Dungeons & Dragons выдает теорию, достойную Шерлока Холмса. Он уверен: Эль жива. По его версии, Кали (она же 008, помните такую панкующую сестрицу?) создала иллюзию Эль в портале, пока настоящая Одиннадцать, воспользовавшись суматохой, улизнула через туннели Хоукинса.
Соавтор шоу Росс Даффер, конечно, напустил тумана в интервью, заявив, что «Одиннадцать должна была уйти», потому что она символизирует «магию детства». Мол, красивая двусмысленность лучше, чем хэппи-энд в лоб. Ох уж эти творцы с их метафорами! «Она должна была уйти» — звучит как оправдание отца, который вышел за сигаретами и не вернулся. Но я вам так скажу: к чёрту двусмысленность. Я уверен, что девчонка жива, и сейчас я вам это докажу с фактами в руках, как заправский прокурор.
Кали: от ненависти до спасения один шаг
Всю дорогу Кали (Kali) вела себя как типичный циник-нигилист: «Цикл насилия нужно прервать, Эль должна умереть, все мужики — козлы, а военные тем более». Но вы видели её лицо, когда Хоппер толкал свою речь?
Наш любимый шериф (человек, который выжил в русском ГУЛАГе и не потерял харизмы!) выдал такой спич, что прослезился бы даже камень. «Ты должна бороться не за смерть, а за жизнь после Хоукинса», — говорит он Эль. И в этот момент камера ловит лицо Кали. Она опускает пистолет. Это же классический киношный троп «Искупление злодея»! Именно в этот момент она решает, что хватит с неё смертей, и помогает сестре сбежать.
Логистика побега: магия против спецназа
Вспомните сцену у грузовика Мюррея. Военные окружают наших героев. Эль спрыгивает с кузова… и всё. Больше мы её физически не видим. Вернуться обратно в портал, когда вокруг толпа солдат с автоматами? Нереально. Это вам не Mission: Impossible.
А вот вариант Майка звучит куда правдоподобнее: пока Кали крутила свои фокусы с невидимостью, Эль шмыгнула в ближайший магазинчик (Radio Shack). Спрятаться под носом у всех, пока все смотрят на яркие спецэффекты в небе — старейший трюк иллюзионистов. И он работает.
Ультразвук и отсутствие крови: дьявол в деталях
А теперь — внимание, следите за руками. У военных есть эти жуткие звуковые пушки, от которых Эль обычно корчится в муках и теряет силы. Нам показывают, что доктор Кей врубила их на полную мощность возле портала. И что делает Одиннадцать? Стоит спокойно, как статуя Свободы, и даже бровью не ведет.
Почему? Да потому что её там нет! Это проекция. Голограмме плевать на ультразвук.
Идем дальше. Кровь из носа. Это же фирменная фишка Эль! Она не может даже дверь силой мысли открыть без носового платка. А тут она устанавливает мощнейшую телепатическую связь с Майком через измерения — и лицо чистое, как после спа-процедур. Либо это самый вопиющий киноляп десятилетия, либо тонкий намёк: перед нами не человек, а картинка.
«Ты поймешь… когда-нибудь»
Диалог во время прощания тоже непрост. «Однажды ты поймешь мой выбор», — говорит Эль Майку. Это не прощание смертника. Это обещание: «Парень, включи мозги, я оставляю тебе хлебные крошки». И спустя 18 месяцев Майка действительно осеняет. Он понимает, что она просто не могла бы использовать силы под воздействием звуковых глушилок. Шах и мат, пессимисты.
Физика взрыва и исчезновение
Многие скептики (скучные люди!) кричат: «Кали взорвалась бы вместе с лабораторией!» Не так быстро. Взрыв уничтожил сферу экзотической материи, а не само здание сразу. Эпицентр воронки — самое безопасное место в первые секунды коллапса (привет, физика!). Кали могла держаться до последнего, поддерживая иллюзию.
И посмотрите, как исчезает Эль. Вокруг летают обломки, машины засасывает в космос, а она стоит неподвижно, даже волосы не шелохнутся. А потом — пуф! — и растворяется в воздухе. Её не утянуло в воронку, она просто выключилась, как телевизор, когда Кали испустила последний дух.
Дыхание, сердцебиение и пасхалка на полке
Для тех, кто любит слушать титры (а вы должны, там часто прячут самое вкусное): после того как экран гаснет, слышен глубокий вдох. Сначала один — последний вздох Кали? А затем, когда наступает тишина, — еще один вдох. Вдох свободы. Вдох жизни.
И если выкрутить громкость на максимум (соседи потерпят), перед самым эпилогом можно услышать слабый стук сердца. Это вам не кирпичи на стройке, это жизнь бьется в груди нашей героини где-то далеко от Хоукинса.
Ну и финальный гвоздь в крышку гроба теории о смерти Эль — книга на полке в подвале Майка. Операторы ненавязчиво тычут нам в лицо романом Джона Д. Макдональда The Empty Copper Sea («Пустое медное море»). Сюжет книги? Герой инсценирует свою смерть, якобы утонув, чтобы начать новую жизнь.
Серьезно, Дафферы? Это даже не намёк, это неоновая вывеска с надписью «ОНА ЖИВА». В этом сериале случайных книг не бывает.
Так что вытирайте слёзы. Майк прав. Я прав. А Дафферы просто хотят, чтобы мы еще пару лет спорили на форумах. Но нас не проведешь. Одиннадцать где-то там, ест свои вафли и живет лучшую жизнь. И знаете что? Она это заслужила. 🎉
