Давайте начистоту, друзья мои. Когда в далеком 2016 году на Netflix вышли «Очень странные дела» (Stranger Things), никто и подумать не мог, что эта камерная история о пропавшем мальчике и лысой девочке раздуется до масштабов античной трагедии с бюджетом небольшой африканской страны. Мы, словно дети в кондитерской, набросились на этот ностальгический торт, но за пять сезонов крема стало слишком много, а бисквит местами подсох.
Теперь, когда финальные титры (вроде бы) отгремели, давайте нальем себе чего-нибудь успокоительного и, с высоты нашего диванного опыта, расставим все сезоны по местам — от «боже, зачем я это смотрел» до «верните мне мой 1983-й». Пристегните ремни, мы спускаемся в Изнанку.
5. Сезон 2: Синдром второго альбома
Ах, второй сезон. Тот самый момент, когда сценаристы, кажется, перебрали с кофеином и решили: «А давайте повторим то же самое, но громче!». Уилл Байерс вернулся домой, но, честно говоря, выглядит он так, будто ему срочно нужен экзорцист и хороший психотерапевт. Бедолага снова страдает, его посещают видения Истязателя Разума (Mind Flayer), и это, признаться, начинает утомлять быстрее, чем реклама онлайн-казино.
Одичалая (Eleven) тем временем играет в прятки с шерифом Хоппером и, в порыве подросткового бунта, находит свою «сестру» Кали. Ох уж эта сюжетная ветка с бандой панков! Она нужна сюжету примерно так же, как рыбе зонтик. Это было настолько нелепое отвлечение, что даже братья Дафферы, кажется, постарались забыть о существовании Кали в последующих сезонах.
Конечно, были и светлые пятна. В городе появились Макс (Сэди Синк) и Билли. Билли, сыгранный Дейкром Монтгомери (который, к слову, успел побывать Красным Рейнджером, но мы ему это простим), добавил шоу необходимой животной харизмы и опасности. А сам Истязатель Разума выглядел как настоящий лавкрафтовский кошмар, а не как спецэффект из девяностых. Но в сухом остатке? Скомканный темп, Нэнси и Джонатан, задвинутые в угол, как старая мебель, и ощущение, что мы просто топчемся на месте. Заслуженное последнее место.
4. Сезон 5: Векна в шляпе и кризис пенсионного возраста
Ну что, дождались? Финал, который Netflix растягивал, как жвачку на подошве кроссовка. Векна вернулся, и теперь он Генри Крил… в шляпе! Серьезно, шляпа? Видимо, злодей решил, что стиль — это все, когда ты пытаешься слить Землю с Бездной.
Давайте будем честны: к пятому сезону наши «детишки» выросли настолько, что им впору платить ипотеку, а не гонять на велосипедах. Визуально это вызывало легкий когнитивный диссонанс — актеры выглядели старше своих персонажей лет на десять. Сюжет попытался дать нам всё и сразу: Уилл наконец-то научился управлять Коллективным Разумом (браво, парень, ты шел к этому вечность), Макс проснулась… и, в общем-то, на этом всё.
Критики плевались, фанаты негодовали, но, черт возьми, это все-таки был финал. Эпическая битва, кинематографический размах и ответы на вопросы (ну, почти на все, судьба Одичалой осталась в тумане, как ёжик Норштейна). Если бы не диалоги, от которых порой сводило скулы, и ощущение недожаренного блюда, этот сезон мог бы стать триумфом. А так — почетное четвертое место за попытку усидеть на всех стульях сразу.
3. Сезон 4: География, Кейт Буш и металлисты
В четвертом сезоне амбиции шоу раздулись до размеров эго Канье Уэста. География расширилась: Калифорния, Россия (клюква, конечно, развесистая, но какая родная!), Хокинс. Мы узнали, что Хоппер жив — сюрприз, достойный мыльной оперы, — и познакомились с Векной. Но главным бриллиантом стал Эдди Мансон. Этот парень с гитарой влюбил в себя интернет быстрее, чем котики. Соцсети рыдали, делали эдиты и молились на его кудри.
Векна оказался злодеем с человеческим лицом (пусть и обезображенным), что добавило истории глубины. А сцена с Макс под песню Кейт Буш? Это был чистый катарсис! Кейт Буш, вероятно, купила себе новый замок на роялти от прослушиваний.
Но, увы, сезон страдал от гигантизма. Серии длились дольше, чем некоторые браки в Голливуде. Прыжки между локациями утомляли, спецэффекты порой заслоняли собой актерскую игру, а сюжетная линия в Калифорнии напоминала плохой ситком. Это было мощно, мрачно, но слишком перегружено. Как шведский стол, где ты набрал всего, а съесть не можешь.
2. Сезон 3: Неоновый экстаз и торговый центр
После мрачняка предыдущих лет, третий сезон ворвался на экраны как яркая хлопушка. Лето, солнце, гормоны! В центре внимания — новый торговый центр Starcourt, этот храм капитализма и подростковых тусовок. Наши герои повзрослели, у них начались эти неловкие романтические драмы, за которыми наблюдать и смешно, и стыдно одновременно.
Билли, захваченный Изнанкой, превратился в самого сексуального и пугающего злодея сезона. А дуэт Стива Харрингтона и Робин? Это лучшее, что случалось с шоу! Их дружба, родившаяся в магазине мороженого Scoops Ahoy, была искренней и трогательной. Костюмеры, кажется, ограбили все винтажные магазины мира: эти рубашки, шорты, неоновые вывески… Эстетический оргазм.
Да, сезон был немного дурашливым. Да, «злые русские» в подвале торгового центра — это клише времен Холодной войны. Но именно эта легкость и самоирония спасли сериал от превращения в унылую драму. Это был идеальный летний блокбастер.
1. Сезон 1: Непревзойденная классика
И вот мы здесь. Вершина. Альфа и Омега. Первый сезон. Шесть лет назад (как быстро летит время, боже мой) мальчик по имени Уилл Байерс поехал домой на велосипеде и исчез, подарив нам лучший телевизионный феномен десятилетия.
В 2016 году это выглядело свежо, как утренний бриз. Братья Дафферы создали идеальный коктейль из Стивена Кинга, Спилберга и Карпентера, приправив это все невероятной игрой Вайноны Райдер (которая, кстати, знает толк в драме не только на экране, вспоминая её бурные 90-е). Сюжет был плотным, как хороший эспрессо, без лишней воды.
Таинственность, саспенс, дети, которые тогда еще были детьми и играли так, что Станиславский аплодировал бы стоя. Это была камерная, уютная и пугающая история, которая не пыталась спасти весь мир, а всего лишь хотела найти одного мальчика. Первый сезон — это чистая магия, которую, увы, повторить уже невозможно. Абсолютный слэм-данк 🏀.
