Слушайте, такой уверенности в завтрашнем дне, какая есть у Альберто Барберы, можно только позавидовать. Пока директора Берлинале меняются с такой скоростью, будто играют в «музыкальные стулья» на выбывание, этот седовласый итальянский джентльмен продолжает сидеть на своем троне так же прочно, как лев на колонне Святого Марка.
Да-да, вы не ослышались. Альберто Барбера, бессменный рулевой Venice Film Festival, продлил свой контракт еще на два года. Теперь он с нами (и с вами) до 2028 года включительно. Совет директоров во главе с Пьетранджело Буттафуоко — имя, которое звучит как название дорогого сицилийского вина или персонажа оперы Верди, — одобрительно кивнул и сказал: «Avanti!».
Если вдуматься, это абсолютно логично. Барбера рулит фестивалем с 2012 года (а до этого разминался на посту на рубеже миллениума, с 1998 по 2001, когда мы еще перематывали кассеты карандашом). Именно он превратил Венецию из просто красивой локации для выгула кутюра в главный стартовый полигон для «Оскара». У человека просто феноменальный нюх на золото! Вспомните, как мы задерживали дыхание на Gravity (2013), как Райан Гослинг учил нас любить джаз в La La Land (2016) — эх, золотые времена! — или как Хоакин Феникс пугал нас до дрожи своей худобой и смехом в Joker (2019). Все эти фильмы начали свой путь к славе именно с легкой руки синьора Барберы.
Прошлый год тоже был не промах, скажем честно. Гильермо дель Торо привез Frankenstein — и, боже, Джейкоб Элорди в роли монстра? Это было смело, учитывая, что обычно он играет монстров эмоциональных в подростковых драмах. А Дуэйн «Скала» Джонсон в The Smashing Machine внезапно решил доказать, что у него есть не только харизма размером с небоскреб, но и драматический талант. И ведь получилось! Не забудем и про Bugonia Йоргоса Лантимоса. Все эти картины сейчас бодаются за статуэтки, и Венеция снова может гордо поправить галстук-бабочку.
Официально фестиваль заявил, что продление контракта связано с «признанным качеством отбора и открытием новых талантов». Скучная формулировка, за которой скрывается простая истина: Барбера знает секретный ингредиент. Он умеет смешивать высокий европейский артхаус с голливудским блеском так, что у критиков не случается несварения, а у звезд — истерик. Так что выдыхаем: Венеция в надежных руках, кино будет великим, а мы продолжим наблюдать за этим праздником жизни с первого ряда.
