Ну что, мой искушенный друг, поговорим о памяти? Или о её, так сказать, кинематографическом отсутствии. Знаете, в Голливуде амнезия — это как простуда в ноябре: случается с лучшими из нас и всегда в самый неподходящий момент. Сегодня на нашем операционном столе два пациента, решивших, что «забыть всё» — отличная стратегия для выживания. Один случай из эпохи черно-белого гламура, другой — из параноидальных семидесятых. Присаживайтесь поудобнее, будет немного больно, но познавательно.
Эпистолярный роман под диктовку Айн Рэнд: Love Letters (1945)
Представьте себе ситуацию: Вторая мировая, грязь, окопы, и посреди всего этого — Джозеф Коттен. Да-да, тот самый Коттен, лучший друг Орсона Уэллса и вечный спутник Citizen Kane, здесь играет солдата Аллена Квинтона. У Аллена есть сослуживец Роджер, который, видимо, прогуливал уроки литературы, потому что связать два слова в письмо любимой девушке для него — задача уровня квантовой физики. И наш благородный Аллен берет перо в свои руки (привет, Сирано де Бержерак!).
Девушка по имени Виктория (Дженнифер Джонс), получая эти шедевры, естественно, влюбляется. Но не в писателя, а в «подписанта». Классика! Роджер, этот хитрец, женится на ней, но карма — штука жестокая: брак заканчивается трагедией, а Виктория получает такой удар судьбы, что забывает всё, кроме слова «Синглтон». Звучит как название односолодового виски, но увы, это её новое имя.
А теперь — внимание, следите за руками! Сценарий к этому действу написала Айн Рэнд. Да, та самая железная леди объективизма, автор «Атлант расправил плечи». Видимо, даже философам иногда хочется немного сентиментальной каши. Фильм — этакий гибрид, но до высот настоящей драмы он, будем честны, не дотягивает. Первая половина, где царит романтика и недосказанность — прекрасна. А вот дальше начинается детектив средней руки: Аллен, сам страдающий от ПТСР (тогда это называли проще — «военный невроз»), пытается выяснить, что же случилось в ту роковую ночь.
Дженнифер Джонс здесь играет на удивление сдержанно (обычно она любила поддать жару), но настоящая жемчужина — это Коттен. Его тихое сострадание держит весь фильм на плаву. Забавно, что роль мог сыграть Грегори Пек, но он отказался. И слава богу! Пек был бы слишком правильным, а у Коттена в глазах всегда читается какая-то уютная грусть.
И, конечно, нельзя не отметить, как Голливуд 40-х обожал конструировать «Англию» в павильонах Калифорнии. Туманы, поместья, загадочность — всё как в The Ghost and Mrs. Muir. Оператор Ли Гармс сотворил чудо: картинка настолько атмосферная, что хочется надеть твидовый пиджак прямо во время просмотра. Четыре номинации на «Оскар», между прочим! Не шедевр на века, но определенный шарм в этом есть.
Шпион, выйди вон (и забудь, кто ты): The Groundstar Conspiracy (1972)
Переносимся в 1972 год. Эпоха хиппи заканчивается, начинается эпоха цинизма и паранойи. На секретном объекте происходит взрыв, все погибли, кроме одного бедолаги. Он весь переломан и, конечно же, ничего не помнит. Зовет себя Уэллсом (Майкл Саразин). Но ему не верит следователь Таксан. О, этот Таксан!
Его играет Джордж Пеппард. Забудьте того романтичного парня из Breakfast at Tiffany’s, который томно смотрел на Одри Хепберн. И уж тем более забудьте Ганнибала Смита из «Команды А» с сигарой в зубах. Здесь Пеппард — настоящий цербер системы. Жесткий, неприятный тип, готовый на всё ради информации. Он уверен, что амнезия — это сказки для бедных, и начинает прессовать нашего героя так, что Штирлиц бы поседел.
The Groundstar Conspiracy — типичный продукт своего времени, когда в кинотеатрах царили фильмы вроде Mirage. Это крепко сбитый триллер, который держит за горло, хотя и не душит до конца. Самое вкусное здесь — финальный твист. Он не то чтобы гениален, но работает на ура. А в жанре «кто я и почему меня хотят убить» — это, согласитесь, половина успеха. Если развязка плоха, зритель чувствует себя обманутым вкладчиком МММ, а здесь — вполне достойный уровень.
Но самое провокационное — это тема приватности. Таксан, этот государственный упырь, без зазрения совести ставит жучки и скрытые камеры, снимая даже интимные моменты. «Государственная безопасность важнее твоей личной жизни, сынок» — вот его девиз. Звучит пугающе актуально, не правда ли? Фильм, конечно, не копает так глубоко, как великий The Conversation Копполы, который выйдет чуть позже, но нерв времени он нащупал верно.
Майкл Саразин в роли амнезиака старается, но, положа руку на сердце, его персонаж — это классический хичкоковский Макгаффин. Он просто объект, вокруг которого всё вертится. Зато Пеппард великолепен в своей омерзительности. Он давно сбросил маску «хорошего парня» и наслаждается ролью авторитарного мерзавца.
Я впервые наткнулся на этот фильм в 70-х, в какой-то полуночной трансляции. Сюжет выветрился из головы почти сразу (какая ирония!), но начало… Эта бесконечно долгая сцена перед титрами врезалась в память навсегда. Странное кино: вроде бы одноразовый триллер, а оставляет послевкусие холодного металла и тревоги.
В общем, друзья мои, если хотите увидеть, как люди красиво забывают прошлое — у вас есть выбор: либо мелодраматичный туман 40-х, либо жесткий прессинг 70-х. Оба блюда съедобны, главное — не забыть потом вернуться в реальность. 😉
