Давайте, положа руку на сердце, признаем: Роберт Редфорд — это не просто актер. Это монумент. Это человек, чьи скулы были острее сюжетов Нового Голливуда, а копна соломенных волос заставляла рыдать домохозяек от Оклахомы до Владивостока. Его карьера длилась, на минуточку, более 60 лет. Шестьдесят! За это время можно было успеть построить коммунизм, развалить его и снова начать строить, а Редфорд все это время просто снимался в хорошем кино.
И вот, когда мы оглядываемся на этот титанический путь, возникает резонный вопрос: а что сам мэтр считал вершиной своего творчества? Неужели какую-нибудь заумную драму, где он три часа молчит в кадре? А вот и нет. Оказывается, вкус у Редфорда был отличный — такой же, как у нас с вами. В разное время — то за чашкой чая с Пирсом Морганом в 2011-м, то в беседе с The Telegraph в 2018-м — он признавался, что его сердце отдано двум картинам. И, черт возьми, это именно те фильмы, которые вы бы взяли с собой на необитаемый остров.
Речь, конечно же, о «Бутч Кэссиди и Сандэнс Кид» (Butch Cassidy and the Sundance Kid) и «Афера» (The Sting). 🎬
Казалось бы, очевидный выбор? Безусловно. Это не просто «хорошее кино», это железобетонная классика, золотой фонд, база. Но вот что интересно: у этих двух шедевров есть два общих знаменателя, без которых магия бы просто не сработала. Первый — это, разумеется, Пол Ньюман (человек, чьи голубые глаза, кажется, были спецэффектом еще до появления CGI). Второй — режиссер Джордж Рой Хилл, тот самый дирижер, который сумел заставить этот дуэт играть без фальши.
История с «Бутч Кэссиди и Сандэнс Кид» (Butch Cassidy and the Sundance Kid) вообще достойна отдельного сценария. Кастинг там был таким хаотичным, что напоминал переполненный трамвай в час пик. И давайте честно: именно этот фильм катапультировал карьеру Редфорда в стратосферу. Но сам Роберт никогда не тянул одеяло на себя. В интервью Esquire (2017) он с какой-то джентльменской скромностью отдал должное Ньюману. Мол, именно Пол настоял на его кандидатуре, буквально вытащив его в высшую лигу. Представляете? Ньюман, уже будучи суперзвездой, не побоялся взять в напарники парня, который мог бы его затмить. Вот она, настоящая мужская дружба, скрепленная потом, пылью и лошадиным навозом на съемках. Именно там, в прериях, родилась та самая «химия», которую невозможно сыграть, даже если ты Станиславский.
А через пару лет эта парочка решила повторить успех в «Афере» (The Sting). И знаете, что самое смешное? Джордж Рой Хилл паниковал! Он всерьез боялся, что зритель не поверит в предательство героя Ньюмана. Почему? Да потому что весь мир знал: эти двое — не разлей вода. Слава богу, Хилл ошибся, и мы получили идеальный фильм-ограбление.
Но почему сам Редфорд любил именно эти роли? Тут вступает в дело личное.
«Бутч Кэссиди» был для него чистым кайфом. «Я люблю скакать верхом, люблю трюки, понимаете?» — говорил он Моргану, словно мальчишка, которому разрешили не ходить в школу, а поиграть в ковбоев. Для него это было начало великой дружбы с Ньюманом, и этот эмоциональный багаж перевешивал любые «Оскары».
А вот с «Аферой» (The Sting) история другая. Здесь Редфорд включает в себе критика-эстета. В 2018-м он признался The Telegraph, что, возможно, объективно — это его лучший фильм. И благодарить за это надо не актеров, а режиссера.
«Я думаю, ‘Афера’ — один из лучших фильмов в истории, и это заслуга Джорджа Роя Хилла», — рассуждал Редфорд. — «Он придумал всё: дизайн, эту невероятную музыку… Я не видел фильм много-много лет, пока моя дочь не заставила меня пересмотреть его. И когда я это сделал, то подумал: ‘Боже, а ведь это действительно чертовски хорошее кино. Сделано на совесть’».
Удивительно, правда? Голливудская звезда такого масштаба нахваливает не свою гениальную игру, а работу партнера и режиссера. Это, друзья мои, называется класс. Жаль только одно — мы так и не увидели третьего акта в этой пьесе. Трио «Хилл — Редфорд — Ньюман» было формулой кинематографического золота. Нам повезло увидеть это чудо дважды, и, может быть, этого вполне достаточно, чтобы любить кино вечно. 🍿
