Как Энакин Скайуокер заполучил свой шрам во вселенной «Звездных войн»?
Автор: Дебоприя Дутта | Перевод и адаптация: Ваш любимый кинообозреватель с попкорном вместо сердца 🍿
В фильме (Star Wars: Episode II — Attack of the Clones) наш юный и эмоционально нестабильный Энакин Скайуокер (в исполнении Хейдена Кристенсена, который, к слову, во время съемок издавал звуки светового меча ртом, пока Лукас не попросил его остановиться) теряет руку в жестокой схватке с графом Дуку. И это неудивительно: когда твоим противником выступает сам Кристофер Ли — человек, который в реальной жизни охотился на нацистов и выпустил хеви-метал альбом в 90 лет, — потерять всего лишь конечность можно считать удачей.
После Первой битвы на Джеонозисе лицо Энакина остается гладким, как свежеотполированный шлем штурмовика. Однако уже в (Star Wars: Episode III — Revenge of the Sith) будущий Дарт Вейдер щеголяет с брутальным вертикальным шрамом через правый глаз. И вот здесь начинается самое интересное: фильм, словно нерадивый студент на экзамене, напрочь игнорирует вопрос «откуда?». Никаких флешбэков, никаких драматичных монологов. Конечно, можно списать это на суровые будни джедая — когда ты Избранный, опасность подстерегает даже при попытке заварить чай. Но давайте честно: шрам — это не просто царапина, это элемент визуального сторителлинга, добавляющий персонажу трагизма, словно он герой нуара, а не космической оперы. Учитывая мифологический статус Энакина, мы просто обязаны копнуть глубже. 🕵️♂️
Между молотом и наковальней (и Асокой)
Для контекста: перед своим падением во тьму в (Revenge of the Sith) Энакин был занят так, словно работал на трех работах без выходных. Мультсериал (Clone Wars) добавил к его портрету важнейший штрих — падавана Асоку Тано. Её наличие ретроспективно объясняет, почему Энакин так нервно реагировал на любые посягательства Совета джедаев на его личное пространство. Мы также узнаем больше о его динамике с Оби-Ваном Кеноби (Юэн МакГрегор, чья харизма способна осветить Татуин лучше двух солнц). Энакин разрывался между ожиданиями, возложенными на «Избранного», и желанием просто быть счастливым человеком, а не памятником при жизни. Битва при Кристофсисе и прочие героические будни лишь добавляли седых волос (и, видимо, шрамов).
Но чтобы найти конкретный ответ на вопрос о шраме, нам придется нырнуть в омут «Легенд» — неканонических историй, которые порой логичнее официальных фильмов.
Шрам из комиксов: Трагедия в подземельях Корусанта
Комикс Джона Острандера и Джен Дуурсимы (Star Wars: Republic), который теперь гордо носит ярлык «Легенды», предлагает версию, достойную шекспировской драмы. В 71-м выпуске нам показывают дуэль между Энакином и Асажж Вентресс, происходящую в 20 году ДБЯ (До Битвы при Явине, для тех, кто прогуливал уроки галактической истории). 📚
Сценарий достоин триллера: Энакин, тайно женатый на Падме, спускается в мрачные нижние уровни Корусанта, чтобы прослушать голографическое послание от любимой. Романтика, достойная (Casablanca), если бы не одно «но»: там его поджидает Вентресс. Эта леди с двумя световыми мечами и характером, который заставил бы покраснеть даже Круэллу Де Виль, следила за ним.
Энакин, чья импульсивность стала притчей во языцех, теряет контроль, когда Вентресс угрожает убить Падме. Он бросается в атаку, но Вентресс — мастер психологических манипуляций. Она парирует удары, называет его атаки «жалкими» (классический злодейский троллинг) и в итоге наносит тот самый удар, оставляя вертикальный шрам. В этот момент Энакин слетает с катушек окончательно. Он опутывает Вентресс электрическими кабелями и сбрасывает её в пропасть. Она, конечно, выживает (злодеи в «Звездных войнах» живучее тараканов), но шрам остается как напоминание: страх за близких — это путь на Темную сторону. Поэтично, мрачно, но, увы, больше не канон. 🥀
Версия Джорджа Лукаса: Банальность зла… и быта
А теперь приготовьтесь, потому что реальность прозаичнее любых комиксов. Согласно (Express), Пабло Идальго из Lucasfilm однажды подслушал разговор между Джорджем Лукасом и супервайзером визуальных эффектов Джоном Ноллом. Когда речь зашла о шраме, Лукас, в своей неподражаемой манере творца, которому нет дела до мелочей, заявил, что объяснять это должен Говард Роффман (президент Lucas Licensing). «Я просто поместил его туда. Пусть Роффман придумает, как он там оказался», — якобы сказал Лукас. 😂
Более того, Лукас пошутил, что Энакин получил шрам, «поскользнувшись в ванной». Представьте себе эту сцену: Избранный, который должен привести Силу в равновесие, проигрывает битву мокрому кафелю и резиновой уточке. Это настолько в духе черного юмора создателя саги, что хочется верить именно в эту версию.
Итог: Шрам Шрёдингера
Хотя (Clone Wars) считаются каноном, там Энакин появляется со шрамом уже в первом кадре, без объяснений. Современные проекты вроде (Andor) ушли в реализм, а (The Mandalorian) занят приключениями «папы и малыша», так что внезапный флешбэк про шрам Энакина сейчас выглядел бы так же неуместно, как музыкальный номер в (Schindler’s List). 🎻
Скорее всего, мы так и не узнаем правду. Возможно, это был шальной осколок бластера, неудачное бритье световым мечом или действительно скользкая ванна. И знаете что? Может, это и к лучшему. Некоторым тайнам лучше оставаться нераскрытыми, позволяя нам самим додумывать легенду о величайшем джедае (и ситхе) в истории кино.
