Ну что, господа киноманы, свершилось! Эль Фаннинг — та самая «младшенькая», которая уже давно переросла статус «сестры Дакоты» и превратилась в настоящую икону инди-кино с лицом ангела Боттичелли, — наконец-то получила свой билет в высшую лигу. Американская киноакадемия, проснувшись от летаргического сна, решила, что пора бы уже заметить очевидное, и выписала Эль её первую номинацию на «Оскар».
Поводом для праздника (и массовой закупки валерьянки в доме Фаннингов) стала роль в картине Sentimental Value («Сентиментальная ценность»). Режиссер — Йоаким Триер. Да-да, тот самый норвежский меланхолик, который заставил нас всех рыдать над The Worst Person in the World. Эль играет там актрису Рэйчел Кемп, переживающую профессиональный и личностный кризис. Актриса играет актрису, которая страдает, — это, друзья мои, классическое комбо, перед которым академики бессильны, как дети перед витриной с конфетами.
Сама Эль, судя по всему, находится в состоянии, близком к аффекту. В интервью The Hollywood Reporter она выдала фразу, достойную пера Достоевского: «Мне нравится быть напуганной. Это чувство заряжает энергией». Звучит немного мазохистски, но кто мы такие, чтобы судить гениев? По её словам, стоять на пороге чего-то грандиозного и не понимать, что будет дальше — это и есть тот самый драйв. Видимо, прыжки с парашютом для слабаков, настоящие адреналинщики ждут звонка от киноакадемии.
Тут еще и мета-ирония подъехала. Героиня фильма в финале совершает смелый поступок, отказываясь от желаемого ради принципов. Эль намекает, что и сама сейчас стоит на таком же перепутье. «Это уже само по себе мета», — философски замечает она. Надеемся, она не собирается бросать кино ради разведения лам в Перу, потому что мы этого не переживем.
Реакция на новость была достойна отдельной короткометражки. Фаннинг выложила скриншот видеозвонка с Триером, где её лицо выражает всю гамму чувств — от «я сейчас упаду в обморок» до «кто-нибудь, ущипните меня». Подпись соответствующая: «Это правда? Это сон? Я не могу отдышаться». В этот момент рядом с ней была вся «королевская рать»: мама, бабушка, сестра и тетя. Представляете уровень шума? Четыре поколения женщин Фаннинг, рыдающих от счастья, — это, пожалуй, мощнее любого саундтрека Ханса Циммера.
И, конечно, нельзя не вспомнить недавние откровения Эль о съемках у нашего дорогого Андрея Кончаловского в том самом злополучном «Щелкунчике». Она назвала это «худшим опытом». Что ж, кажется, вселенная решила восстановить баланс: пережить крысиного короля в 3D было необходимо, чтобы спустя годы прийти к триумфу у Триера. Карма, она такая — иногда бьет, а иногда вручает золотую статуэтку. Ждем церемонию и держим кулачки!
