Возможно, я превращаюсь в старого брюзгу, который дует на воду, даже когда пьет шампанское, но, послушайте… Если бы мне вдруг пришла в голову блажь поселить у себя в гостиной шимпанзе, я бы, пожалуй, заранее позаботился о плане «Б» на случай экстренной эвакуации. Серьезно, друзья мои, даже самый плюшевый корги может однажды проснуться не с той лапы и цапнуть хозяина за пятку. А теперь представьте себе 40 килограммов чистых мышц, вооруженных клыками, способными дробить кости с давлением в 90 атмосфер, и — о ужас! — противопоставленными большими пальцами. Не иметь под рукой заряженного транквилизатора или хотя бы крепкой двери, когда по вашему дому вразвалочку гуляет примат, — это уже не просто беспечность, это, простите, премия Дарвина в номинации «Лучший сценарий самоубийства».
Впрочем, оставим мою паранойю и познакомимся с семейством Пинборо. Эти ребята живут так, будто никогда не смотрели фильмы ужасов: в роскошном стеклянном доме с видом на гавайское побережье. Глава семьи — Адам, которого играет не кто иной, как Трой Коцур (Troy Kotsur). Да-да, тот самый, что вышиб из нас слезу и заслуженно унес «Оскар» за CODA. Видимо, актерская судьба — злодейка с чувством юмора: вчера ты на сцене театра «Долби», а сегодня бегаешь от взбесившейся обезьяны в категории «Б». По сюжету он успешный автор криминальных романов и, как и сам актер, глухой. Компанию ему составляют две дочери-подростка, Люси и Эрин, и Бен. Бен — это шимпанзе.
Этого мохнатого «сыночка» притащила в дом покойная мама девочек, профессор лингвистики. И вот тут начинается классическая драма: мама умерла, Люси уехала в колледж, сестры в контрах, а папа уже одной ногой в командировке. Когда Люси возвращается на лето с подружками — Кейт и Ханной (этакая «заклятая подруга», ну вы знаете этот типаж), — прием ей оказывают прохладный. Единственный, кто искренне рад, — это Бен. 🐒
Наш примат общается с семьей на языке жестов и через планшет, конвертирующий картинки в речь. Но, честно говоря, это не имеет никакого значения. Потому что титр в начале фильма, любезно подсовывающий нам словарное определение бешенства, как бы намекает: дни Бена сочтены, а вечеринка перестает быть томной.
Сценаристы решили не мелочиться и наградили бедную обезьяну вирусом через укус мангуста. И тут любой, кто хоть раз открывал «Википедию» или бывал на Гавайях, должен нервно хихикнуть. Дело в том, что Гавайи — единственный штат США, официально свободный от бешенства аж с 2000 года. Но кого волнует география, когда нужен экшен? Инкубационный период, который в реальности занимает недели, здесь сжимается до пары часов — быстрее, чем доставка пиццы в пятницу вечером. Пена у рта, водобоязнь, режим берсерка — полный набор.
Надо отдать должное режиссеру Йоханнесу Робертсу: он не тянет кота за хвост (или шимпанзе за лапу). Роб Дилейни (Rob Delaney), этот усатый добряк из Deadpool 2, появляется в роли ветеринара ровно для того, чтобы стать первой закуской. Если вы когда-нибудь задавались вопросом, как выглядит лицо, которое отделяют от черепа, или скальпирование посредством дергания за «конский хвост», то местные кровавые сцены дадут вам исчерпывающий ответ.
Кстати, о визуале. Роль Бена исполняет Мигель Торрес Умба в костюме, и это, скажу я вам, бальзам на душу. В эпоху, когда нас кормят «мыльными» CGI-монстрами, старый добрый мужик в костюме обезьяны выглядит куда страшнее и убедительнее. Есть в этом что-то от классического хоррора 80-х, теплое и ламповое… пока кого-то не начинают есть.
Но вот парадокс: наблюдая за Primate (да, так незатейливо называется это творение) и наслаждаясь практическими эффектами, не можешь отделаться от мысли, что фильм мог бы быть чем-то большим. История о безумной попытке одомашнить дикого зверя или о кошмаре бешенства — это золотая жила. Вспомните гениальный Nope Джордана Пила. Там ветка с шимпанзе Горди занимала от силы пять минут экранного времени, но от нее стыла кровь в жилах и хотелось забиться под диван. Здесь же у Робертса было полтора часа, но он не смог выжать из темы и половины того саспенса.
В итоге мы, зрители, болтаемся в этом фильме, как те подростки в бассейне-инфинити: вроде бы красиво, но как-то бессмысленно, и ждешь, когда же это закончится. Primate страдает не только от отсутствия научной базы (простим им этих бешеных гавайских мангустов), но и от отсутствия кинематографических амбиций. Это просто слэшер, где маньяка заменили на обезьяну, забыв добавить хоть каплю смысла в этот коктейль из крови и бананов. Жаль, право слово, жаль.
