Ну что, мои дорогие синефилы и сочувствующие, присаживайтесь поудобнее. Разговор у нас сегодня будет с ноткой светлой грусти, но без лишнего пафоса, от которого обычно сводит скулы на официальных панихидах. Представьте себе: заснеженная Юта, воздух такой разреженный, что кружится голова (или это от шампанского?), и весь цвет независимого кино, собравшийся в отеле Grand Hyatt Deer Valley.
Повод, увы, монументальный. Фестиваль Sundance прощался со своим отцом-основателем. Да-да, Роберт Редфорд, этот «потрясающий человек» и «истинно великий американец», как его тут называют, покинул нас в прошлом сентябре на 90-м году жизни. И хотя в наших сердцах он вечно будет убегать от погони в Butch Cassidy and the Sundance Kid, реальность, как всегда, вносит свои жестокие коррективы.
Вечер под кодовым названием «Celebrating Sundance Institute: A Tribute to Founder Robert Redford» собрал такую концентрацию таланта на квадратный метр, что люстры в зале дрожали от напряжения. В первом ряду — вечно молодой философ Итан Хоук, который, кажется, не стареет, а просто переходит из одной стадии интеллектуальной зрелости в другую. Именно ему выпала честь открыть вечер.
«Жил-был однажды необыкновенный человек…» — начал Хоук, словно читая сказку братьям Гримм. И знаете, в этом что-то есть. Итан, с его фирменной искренностью (которую он оттачивал еще в Before Sunrise), напомнил всем, что без Редфорда мы бы тут не сидели. «Сегодня мы чествуем настоящего лидера», — сказал он, призывая хранить тот огонь, который зажег старина Боб. Красиво? Безусловно. Пафосно? Немного. Но Итану можно, он умеет это подать.
Компанию ему составила тяжелая артиллерия. Эд Харрис — человек с лицом, высеченным из гранита, и венгерский режиссер Дьюла Газдаг получили первые в истории награды имени Редфорда (Robert Redford Luminary Awards). Оба, кстати, ветераны лабораторий Сандэнса. В зале также были замечены Хлоя Чжао (женщина, которая научила нас любить закаты), Райан Куглер, Вуди Харрельсон, Крис Пайн и даже Ава ДюВерней. Целый коктейль из «Оскаров» и инди-шрма.
Вуди Харрельсон, этот главный голливудский хиппи, который обычно проповедует легализацию всего, что растет из земли, на этот раз был серьезен как никогда. Он говорил об экологии. «Гениальность Боба как актера могла сравниться только с его гениальностью как режиссера», — заметил Вуди. И добавил, что Редфорд не просто снимал кино, он освобождал место для других. Золотые слова.
Хлоя Чжао поблагодарила маэстро за понимание «взаимозависимости человека и природы». А Ниа ДаКоста, принимая награду Vanguard Award из рук Тессы Томпсон, просто сказала: «Он действительно видел тебя». И в этом «видел» — вся суть педагогики Редфорда. Не давил, а направлял.
Но самым мощным, пожалуй, стал выход Эда Харриса. Старина Эд, который в свое время так убедительно сыграл творца в The Truman Show, здесь говорил о наследии. «В то время, когда ложь стала обыденностью, а ненависть считается добродетелью… поддержка независимого повествования остается оазисом свободы, воображения и любви». Харрис назвал лаборатории Сандэнса главным памятником Редфорду. И знаете, глядя на то, во что превращается студийное кино с его конвейером комиксов, с Эдом трудно не согласиться.
Дочь Редфорда, Эми, выдала, пожалуй, самую трогательную метафору вечера. «Когда мой отец мог создать империю, он создал гнездо», — сказала она. Чувствуете разницу? Не Звезду Смерти, а место, где птенцов учат летать. Эми напомнила, что лучшая память о ее отце — это не бронзовый бюст, а попытка починить то, что сломано, используя то, что имеешь под рукой.
Завершил официальную часть Тайка Вайтити. Этот новозеландский хулиган, приехавший на фестиваль с семейной драмой Fing, резюмировал: «Роберт Редфорд вообразил то, чего не существовало, и воплотил это в реальность». Коротко и ясно.
В кулуарах, где шампанское лилось уже свободнее, Розанна Аркетт (помните ее в Pulp Fiction с пирсингом во всех местах?) призналась журналистам: «Вы можете чувствовать Роберта здесь. Он действительно ответственен за карьеры стольких людей». И это правда, друзья. Редфорд был тем атлантом, на плечах которого держалось все это хрупкое здание под названием «американское независимое кино».
Впрочем, жизнь продолжается. Фестиваль гудит до 1 февраля. Сегодня днем нас ждут мировые премьеры, и состав там — мое почтение. Оливия Колман в фильме Wicker (уже предвкушаю этот британский невроз), Сет Роген и Пенелопа Крус в The Invite (странная парочка, но интригует), и Натали Портман с, внезапно, Charli XCX в картине The Gallerist. Кино живет, друзья, и, кажется, старина Боб был бы этим доволен. 🎬🍷
