Сандэнс-2026: Танцуй, пока молодая (или пока не отвалится)
Слушайте, друзья мои, давайте начистоту. Мы привыкли, что независимое кино — и особенно программа «Сандэнса» — это такой бесконечный марафон скорби, где герои с лицами мучеников эпохи Возрождения преодолевают травмы, хоронят родственников и задумчиво смотрят в пустоту под заунывный эмбиент. Обычно после сеанса хочется не жить, а лечь лицом в подушку и перечитывать Камю. Но в 2026 году что-то сломалось в этой матрице тоски. И слава богу!
Нет лучшего способа экзорцизма для внутренней хандры, чем старые добрые танцы. Движение тела — это, простите за пафос, движение души, и лучший антидепрессант, который не требует рецепта врача. И вот, посреди океана экранных страданий, всплывает жемчужина — Ha-Chan, Shake Your Booty! («Ха-тян, потряси попкой!» — господи, как я люблю этот нейминг). Это кино понимает одну простую вещь: клин клином вышибают, а горе лечат не слезами, а ритмом.
Это яркое, нахальное, немного скабрезное и абсолютно живое зрелище. Представьте себе, что фильм о потере снял не Ларс фон Триер в депрессии, а кто-то, кто действительно любит жизнь. Да, здесь есть место грусти, но это та светлая грусть, которая заставляет вас не лезть в петлю, а надеть самые неудобные туфли и идти в клуб. Я вышел с просмотра с глупой улыбкой на лице, готовый кричать на каждом углу: «Ребята, это оно!».
Кто дирижирует парадом?
У руля тут Джозеф Кубота Владыка — человек с именем, похожим на список победителей международной олимпиады по географии. Это его второй полный метр (первым был крепкий триллер Catch the Fair One), и, надо сказать, парень умеет удивлять. После работы над кучей сериалов — а там, как известно, учат держать темп, чтобы зритель не уснул с пультом в руке — он выдает режиссуру уверенную, как походка танго. Владыка не просто снимает, он, кажется, сам пританцовывает за камерой.
Сценарий переносит нас в неоновый Токио. В центре сюжета — Хару, она же Ха-тян. И играет ее не кто иная, как Ринко Кикути. Помните ту самую немую девочку-подростка из «Вавилона» Иньярриту, за которую она чуть не отхватила «Оскар»? Или боевую подругу роботов из «Тихоокеанского рубежа»? Забудьте. Здесь она раскрывается с совершенно новой стороны — тщательной, глубокой и… невероятно пластичной. Хару — женщина средних лет (хотя в Японии этот возраст понятие растяжимое), которая живет танцами и своим партнером Луисом (Алехандро Эдда). Луис — мексиканец, живущий в Токио, и он для нее как батарейка «Energizer».
Но тут случается классический сценарный «упс»: Луис скоропостижно умирает прямо посреди танцевального конкурса. Казалось бы, время для черной вуали и дождя за окном. Хару раздавлена. Но фильм не дает ей (и нам) закиснуть. Сюжет — это не хроника пикирующего бомбардировщика, а история возвращения грува. Хару пытается вытанцевать свою боль. И тут на горизонте появляется новый учитель танцев — еще один роскошный латиноамериканец по имени… Федир. Да-да, Федир. Видимо, глобализация в мире сценаристов зашла куда-то не туда, но мы им это простим.
Драка в ритме ча-ча-ча
Хару, конечно же, падает в объятия красавчика, не понимая, что просто пытается заткнуть дыру в сердце размером с Луиса. Это неловко, это смешно, это трогательно. Но знаете, что меня добило окончательно и бесповоротно? Сцена в середине фильма, где герои устраивают танцевальную драку с пьяным быдлом на улицах Токио. Это чистое золото! Представьте себе Джеки Чана, если бы он ставил хореографию для мюзикла на Бродвее. Абсолютный восторг 🔥
Финал — отдельная песня. Он идеален. История заканчивается ровно там, где должна, без лишних соплей, но с грацией, достойной оваций. Ринко Кикути здесь просто великолепна. Сыграть горе через танец, не скатившись в пантомиму — задача для титанов, и она справляется играючи. А ее подруги в исполнении Ю и Йо Ёсиды добавляют перца в этот коктейль.
Вердикт: Ha-Chan, Shake Your Booty! — это мой ранний фаворит Сандэнса. Фильм, который я буду вспоминать, когда ноябрьская слякоть снова постучится в окно. Конечно, найдутся снобы, которые скажут: «Фи, как это несерьезно». Ну и пусть сидят со своими серьезными щами. А я кайфанул. Нам нужно больше такого кино — смелого, рискованного, где смерть не приговор, а повод танцевать еще яростнее. Владыка рискнул и выиграл. Танцы — это жизнь, господа. И никак иначе.
Рейтинг Алекса (и мой внутренний кинокритик согласен): 8.5 из 10
