Здравствуйте, мои дорогие любители прекрасного и ужасного. Отставьте в сторону ваш утренний круассан и, ради бога, уберите подальше этот бокал шардоне — он вам сейчас поперек горла встанет. Сегодня мы не будем обсуждать тонкости операторской работы у Спилберга или перемывать косточки очередному супергеройскому блокбастеру, от которого веет пластиком за версту. Нет, друзья мои. Сегодня мы поговорим о том, от чего хочется выть на луну, свернувшись калачиком под одеялом.
На наши экраны — точнее, пока только на экраны фестиваля «Сандэнс» — ворвалась документальная лента австралийца Тони Джонса Sentient. И знаете что? Это кино бьет под дых сильнее, чем Майк Тайсон в свои лучшие годы. 🥊
Представьте себе: вы заходите в лабораторию, ожидая увидеть сверкающий храм науки, где люди в белых халатах спасают человечество, а находите там филиал ада на Земле. Фильм Джонса — это экскурсия по мукам, только вместо Вергилия у нас здесь статистика и скрытые камеры. Речь идет об индустрии тестирования на животных. И если вы думали, что знаете об этом все (ну, там, кролик Ральф и все такое), то вы, простите за прямоту, наивны, как первокурсник филфака.
Sentient фокусируется на наших ближайших родственниках — приматах, а конкретнее, на макаках. И тут режиссер делает интересный финт ушами. Он показывает не только физическую и, простите за пафос, духовную мясорубку, через которую проходят животные, но и то, как эта система перемалывает самих людей. Техников, ученых, лаборантов. Оказывается, мучить живое существо, которое смотрит на тебя глазами, полными интеллекта и боли, — это не проходит бесследно для человеческой психики. Кто бы мог подумать, правда? Сарказм, если что.
Стилистически Джонс не изобретает велосипед. Это классическая структура «говорящих голов», перемежающаяся кадрами, от которых стынет кровь. Но, черт возьми, как же это работает! Это тот случай, когда форма вторична, потому что содержание кричит так громко, что лопаются перепонки.
Но самое вкусное — это даже не этика. Это, друзья мои, наука. Фильм безжалостно топчет главный аргумент защитников вивисекции: «Это необходимо ради прогресса». В кадре появляется ученый и с невозмутимостью палача выдает статистику: более 95% лекарств, успешно прошедших тесты на животных, с треском проваливаются на людях. Девяносто пять процентов! 📉 Если бы ваш сантехник работал с такой эффективностью, вы бы уже давно утонули в… ну, вы поняли.
В центре сюжета — доктор Лиза Джонс-Энгель. Личность колоритная: приматолог, переметнувшийся в стан PETA. Эдакий Дарт Вейдер, вернувшийся на светлую сторону, только без светового меча, зато с грантами Университета Вашингтона в анамнезе. Мы видим ее эволюцию: от восторженной студентки-волонтера в Юго-Восточной Азии до человека, который осознал, что десятилетиями занимался чем-то глубоко неправильным. Ее история — это хребет фильма, на который нанизываются все эти ужасы.
Апогей ленты — кадры скрытой съемки из токсикологической лаборатории. Честно скажу: я человек закаленный, я смотрел всего фон Триера и не морщился, но здесь мне захотелось выйти в окно. 🙈 Это не просто жестокость, это какая-то будничная, конвейерная пытка. Уровень детализации таков, что вы почувствуете запах страха через экран.
Sentient задает вопрос, который висит в воздухе, как топор: как далеко мы готовы зайти и в кого мы готовы превратиться ради призрачного «блага»? Это кино не развлекает. Оно берет вас за шкирку, трясет и заставляет смотреть туда, куда мы обычно боимся даже скосить глаза.
Вердикт? Это кино категории «необходимо, но невыносимо». Оно оставляет после себя привкус пепла и острое желание извиниться перед каждой встречной обезьянкой. Смотреть ли? Обязательно. Но держите под рукой валерьянку. Или что покрепче.
