Ну что, друзья мои, налейте себе чаю (или чего покрепче, я не осуждаю, у нас тут серьезный разговор), и давайте обсудим, что там творится в заснеженной Юте. Программа американской драмы на нынешнем «Сандэнсе» — это какой-то шведский стол, собранный безумным шеф-поваром: тут вам и танцы до упаду, и социальная хтонь, и романтика такого уровня приземленности, что хочется проверить подошвы собственных ботинок. Режиссеры решили не играть в аккуратистов и вывалили на экраны глубоко личные истории, которые отказываются лезть в привычные жанровые коробки. И слава богу!
Начнем с чего-то, что в наше время встречается реже, чем адекватный комментарий в интернете. Фильм «Bedford Park» от Стефани Ан — это такая уверенная пощечина всем, кто считает, что кино должно быть только про супергероев или маньяков. Это, простите за пафос, кино о нормальных людях. Да-да, о том самом вымирающем виде: средний класс, работяги, понятные проблемы и (о ужас!) реалистичная любовь.
Сюжет крутится вокруг Одри (Мун Чхве), корейско-американского физиотерапевта, которая снимает стресс, выискивая в приложениях жесткий секс. Хобби, достойное уважения за честность, но тут вмешивается жизнь: мама попадает в аварию. И вот тут на сцену выходит Элай. Его играет Сон Сок-ку — и если вы не видели его в «My Liberation Notes», то вы вообще чем занимались последние пару лет? Там он молчал так выразительно, что женщины падали в обморок, и здесь он продолжает эту славную традицию.
Знакомство у героев, прямо скажем, вышло смелое. Одри случается выкидыш прямо у порога квартиры Элая в Нью-Джерси. Согласитесь, это вам не «он уронил платок, она подняла». Элай, который поначалу вел себя как типичный брутальный чурбан, требующий денег за ремонт тачки, вдруг оттаивает. Ну а дальше — классика: она возит его на работу охранником в торговый центр (потому что его машина в ремонте), и между ними пробегает та самая искра.
Стефани Ан, умница, не делает из этого социальную агитку, хотя тем тут навалом: алкоголизм, ассимиляция, токсичная родня. Но это всего лишь фон. Главное — это химия. Режиссер даже подмигивает нам отсылками к «Rocky», заставляя Сон Сок-ку стоять в дверных проемах так, будто он сейчас закричит «Эдриан!». И знаете что? Это работает. Даже когда финал скатывается в пару клише, ты прощаешь фильму всё за то, как искренне этот громила скрывает свою душевную боль.
А теперь пристегните ремни, потому что мы переходим к категории «что это было?». Йозеф Кубота Владыка, который раньше снял суровый триллер «Catch the Fair One», вдруг решил, что его истинное призвание — танцевальное кино. Лента «Ha-Chan, Shake Your Booty!» (название уже тянет на «Оскар» за дерзость) посвящена матери режиссера, и это чувствуется. Это проект страсти, такой странный, что его хочется обнять.
Ринко Кикучи (помните нашу страдалицу из «Babel» и «Pacific Rim»?) играет Хару. Она теряет мужа Луиса, который был идеален во всем, кроме своего сердца, которое вдруг остановилось. Спустя девять месяцев траура Хару возвращается на паркет и встречает нового инструктора Федира (Альберто Герра). Парень горяч, как утюг, и состоит в открытом браке. Идеальное комбо для драмы.
Фильм разбит на шесть глав с безумными титрами, где серьезный голос читает по-английски, а мультяшный писк — по-японски. Это какой-то сюрреалистический аттракцион! Уличная драка превращается в танец (привет, «Вестсайдская история», но на стероидах), а призрак в гигантском костюме ворона просто ходит где-то рядом. Да, хореография местами хромает, а структура глав тормозит ритм, как лежачий полицейский на гоночной трассе. Но черт возьми, это весело! Ринко Кикучи здесь просто феноменальна — она тащит на себе этот безумный карнавал, заставляя нас сопереживать героине, которая, честно говоря, не всегда подарок. Фильм несовершенен, как первый блин, но забыть вы его точно не сможете.
И напоследок, немного грусти в наш коктейль. «Take Me Home» Лиз Сарджент — это тихая, иммерсивная история, выросшая из короткометражки. Тут все очень лично: главную роль Анны, кореянки с когнитивными особенностями, играет сестра режиссера, Анна Сарджент. И это не тот случай, когда родственников берут по блату, поверьте.
Мы наблюдаем за семьей, где непонятно, кто за кем ухаживает: престарелые родители сами едва ходят, а тут еще и Анна со своими потребностями. Все это рушится, когда во Флориду приходит адская жара (климатический кризис как двигатель сюжета, классика). Из Бруклина прилетает сестра Эмили (Али Ан), и начинается то, что мы все любим: семейные разборки на фоне несовершенства системы здравоохранения.
Самое сильное в фильме — это дуэт сестер. Никакого пафоса, только живые, болезненные отношения. Камера Фархада Ахмеда Дехлви снимает всё это без прикрас, в стиле «социальный реализм за три копейки», и это работает… ровно до финала. В конце Сарджент вдруг решает поиграть в Шона Бейкера и выдает нам что-то в духе «The Florida Project», но без той магии. Внезапный уход в приторную эстетику и появление каких-то левых персонажей ради эмоционального пинка кажутся изменой собственному стилю. Хочется крикнуть: «Верните мне мою депрессивную правду жизни!» Но, увы, режиссерский замысел — штука упрямая. Тем не менее, за честность первой половины фильму можно простить этот сладкий сироп в конце.
В общем, Сандэнс держит марку: странно, больно, смешно и местами нелепо. Ровно так, как мы любим.
