Двенадцать фильмов из 90-х, которые перенесут вас прямиком в 70-е: ностальгический трип без последствий для печени
Знаете, мой дорогой читатель, если бы у десятилетий были свои фан-клубы, то 70-е и 90-е сидели бы за одним столиком в углу бара, угрюмо потягивая виски и обсуждая, как они спасли кинематограф. Семидесятые подарили нам «Новый Голливуд» и свободу, граничащую с безумием, а девяностые… о, девяностые взяли эту эстетику, добавили к ней своего фирменного цинизма и постмодернистской иронии. Смешайте это в одном шейкере — и вы получите коктейль, от которого кружится голова. Это как арахисовая паста с шоколадом, только вместо калорий — чистый кинематографический экстаз. Давайте же пробежимся по списку лент, снятых в лихие 90-е, но дышащих воздухом 70-х.
Славные парни (Goodfellas) — 1990
Начнем с тяжелой артиллерии. Мартин Скорсезе, этот неутомимый хроникеp итало-американского безумия, выдал, пожалуй, свой главный шедевр. Фильм проносится сквозь десятилетия — от уютных 50-х до параноидальных 80-х, но его сердце бьется именно в ритме 70-х. Рэй Лиотта здесь еще молод и полон надежд (и не только надежд, если вы понимаете, о чем я), Роберт Де Ниро сдержан, как удав перед броском, а Джо Пеши… Господи, Пеши здесь — это сгусток чистой, неразбавленной ярости в дешевом костюме.
Что делает это кино великим? То, как Марти смешивает эстетику диско-баров с клиповым монтажом. Сцена, где Генри Хилла наконец-то берут «тепленьким», снята с такой бешеной энергией, что у вас самих начнется тахикардия, даже если вы просто сидите на диване с чашкой чая.
Путь Карлито (Carlito’s Way) — 1993
Аль Пачино и Брайан Де Пальма снова вместе, но забудьте о «Лице со шрамом». Здесь нет гор кокаина на столе (ну, почти). Карлито Бриганте — это уставший гангстер, который хочет просто уйти на покой. Наивный, правда?
Но настоящая звезда здесь не Пачино, который привычно «жует декорации», а Шон Пенн. Вы только посмотрите на его прическу! Играя адвоката Дэйва Клейнфельда, Пенн создает образ настолько отвратительный и притягательный одновременно, что хочется вымыть руки после просмотра. Нью-Йорк 70-х здесь показан во всей своей грязной, порочной красе. Это не открытка, это место преступления.
Казино (Casino) — 1995
Снова Скорсезе, снова Де Ниро, снова Пеши. Казалось бы, мы это уже видели? Как бы не так. Если Goodfellas — это уличная драка, то Casino — это оперная постановка в Лас-Вегасе.
Де Ниро играет Сэма «Туза» Ротштейна, управляющего казино, и в кои-то веки вызывает сочувствие. Он просто хочет, чтобы все работало идеально. Но в его уравнение врываются две переменные хаоса: Ники Санторо (Пеши в режиме берсерка) и Джинджер. О, Шэрон Стоун! Это, без сомнения, роль всей ее жизни. Она играет так, словно каждый кадр — последний. Фильм затягивает, как рулетка: вы понимаете, что проиграете, но не можете отойти от стола.
Аполлон-13 (Apollo 13) — 1995
Сделаем паузу в криминальных разборках. Рон Ховард снял кино, которое можно (и нужно) показывать детям. Это история о том, как в 1970 году три астронавта полетели на Луну, но вместо прогулки по кратерам получили билет на самый страшный аттракцион в своей жизни.
Том Хэнкс, Кевин Бейкон и Билл Пэкстон играют людей, которые решают проблемы с помощью логарифмической линейки и изоленты, а не пистолета. И, конечно, фраза «Хьюстон, у нас проблема» стала настолько культовой, что ее теперь используют даже когда просто закончилось молоко в холодильнике.
Ночи в стиле буги (Boogie Nights) — 1997
Пол Томас Андерсон, этот вундеркинд от режиссуры, снял фильм, который выглядит как признание в любви 70-м и проклятие 80-м. История взлета и падения Дирка Дигглера (Марк Уолберг) в мире порноиндустрии — это вам не просто «клубничка». Это настоящая семейная сага, где «семья» — это кучка маргиналов, нашедших друг друга.
Берт Рейнольдс, икона 70-х, здесь просто великолепен, хоть он и ненавидел этот фильм всей душой. Первая половина ленты — это сплошной диско-рай, а потом наступают 80-е, и вечеринка заканчивается так резко и больно, что хочется обнять экран. Андерсону было всего 27 лет, когда он это снял. Откуда у него столько мудрости? Загадка.
Донни Браско (Donnie Brasco) — 1997
Еще один гангстерский фильм, скажете вы? Да, но какой! Здесь все перевернуто с ног на голову. Аль Пачино играет не крестного отца, а «Левшу» — стареющего, неудачливого мафиози, которого жалко до слез. А Джонни Депп (еще до того, как стал карикатурой на самого себя в шляпе) играет агента ФБР под прикрытием.
Химия между ними невероятная. Герой Деппа проникается к своей жертве такой симпатией, что вы сами начинаете сомневаться: а кто здесь, собственно, плохой парень? Фильм оставляет послевкусие горечи и вопрос: «А смог бы я предать друга ради работы?».
Студия 54 (54) — 1998
Это кино стоит посмотреть хотя бы ради кастинга. Майк Майерс (да-да, Остин Пауэрс собственной персоной) играет владельца легендарного клуба Стива Рубелла, и делает это с пугающей серьезностью. Сальма Хайек, Райан Филлипп, Нив Кэмпбелл — все молодые, красивые и блестящие, как диско-шар.
Фильм пострадал от ножниц Харви Вайнштейна (классическая история злодея), который хотел сделать его более «попсовым». Но даже в таком виде атмосфера гедонизма 70-х передана так густо, что можно опьянеть от одного просмотра. Сюжет? А кому он нужен, когда на экране творится такая вакханалия?
Девственницы-самоубийцы (The Virgin Suicides) — 1998
Дебют Софии Копполы, доказавший, что талант в этой семье передается не только по мужской линии. Экранизация романа Джеффри Евгенидиса — это воздушное, эфирное и бесконечно грустное полотно о пяти сестрах, растущих в субурбии Детройта.
Кирстен Данст здесь — само воплощение загадочной юности. Но главный герой фильма — это атмосфера. Тягучая, как летний зной, и меланхоличная, как треки французской группы Air, звучащие за кадром. Это кино не смотришь, его вдыхаешь.
Под кайфом и в смятении (Dazed and Confused) — 1993
Ричард Линклейтер создал машину времени. Сюжет? Его нет. Просто последний день школы в 1976 году. Подростки катаются на машинах, пьют пиво, слушают рок и ищут смысл жизни (спойлер: не находят).
Это фильм, который заставит вас ностальгировать по времени, в котором вы, возможно, даже не жили. И да, именно здесь Мэттью Макконахи произнес свое легендарное «Alright, alright, alright». Квентин Тарантино называет этот фильм одним из своих любимых, а уж он-то знает толк в хорошем трепе ни о чем.
Кровавое лето Сэма (Summer of Sam) — 1999
Спайк Ли решил показать нам Нью-Йорк 1977 года, но не через призму диско, а через призму страха. В городе орудует серийный убийца «Сын Сэма», стоит невыносимая жара, и у всех сдают нервы.
Но Спайк Ли не был бы собой, если бы снял просто триллер. Это исследование человеческой природы под давлением. Эдриан Броуди в роли панка, Джон Легуизамо, Мира Сорвино — все они существуют на грани нервного срыва. Фильм пульсирует опасной энергией, он потный, грязный и невероятно живой.
Страх и ненависть в Лас-Вегасе (Fear and Loathing in Las Vegas) — 1998
Терри Гиллиам взял безумный текст Хантера С. Томпсона и превратил его в еще более безумный визуальный аттракцион. Джонни Депп здесь не играет, он мутирует в Томпсона. Лысина, мундштук, дерганая походка — полное погружение.
Это психоделический кошмар, от которого невозможно оторваться. Зрители в 98-м фильм не поняли (слабаки!), но сейчас это культовая классика. Ирония судьбы: именно на съемках следующей экранизации Томпсона, «Ромовый дневник», Депп встретит Эмбер Херд. Эх, знал бы он тогда, где настоящий «страх и ненависть»…
Подруги президента (Dick) — 1999
В оригинале фильм называется словом, которое приличные алгоритмы запикивают, хотя это всего лишь сокращение от имени Ричард. Да-да, речь о Никсоне. Это хулиганская альтернативная история Уотергейтского скандала.
Представьте, что Никсона свалили не журналисты, а две хихикающие школьницы (Кирстен Данст и Мишель Уильямс), которые случайно узнали лишнее. Это уморительная сатира, которая объясняет 18-минутный пробел в записях Белого дома так, что вы поверите в эту версию больше, чем в официальную. Умное, дерзкое и очень смешное кино.
Если после этого списка вам захотелось надеть клеш и включить Bee Gees — не сдерживайте себя. Кино для того и создано, чтобы мы могли прожить чужую жизнь, не вставая с кресла.
