Дамы и господа, синефилы и просто сочувствующие! Доставайте свои самые стильные носовые платки. Сегодня у нас новости с привкусом горькой пилюли, и никакой попкорн тут не поможет. Мир кино, этот прекрасный и жестокий балаган, потерял одного из самых парадоксальных визионеров эпохи. Ушел из жизни Слава Цукерман. Человек-легенда, доказавший, что между пыльными коридорами ВГИКа и кислотным нью-йоркским андеграундом расстояние всего в один талантливый шаг.
Печальную весть принес на хвосте (точнее, в своем Telegram-канале) режиссер Григорий Константинопольский, сославшись на Елену Кореневу. Гриша, мастер своего дела, высказался лаконично, но в самую точку: «Очень грустно было прочесть эту новость… Всё проходит. Но вот кино — остаётся». И тут не поспоришь, хотя иногда так хочется, чтобы оставались люди, а не только файлы на жестком диске.
Для тех, кто последние сорок лет провел в бункере: Цукерман — это тот самый алхимик, который смешал советскую школу «Центрнаучфильма» (да-да, он снимал научно-популярное кино!) с безумием Нью-Йорка 80-х. Результатом стал культовый Liquid Sky («Жидкое небо») — фильм, который стал библией для панков, модников и инопланетян, ищущих героин на Манхэттене. Представьте себе этот кульби: человек снимал «Водевиль про водевиль» в СССР, а потом создал визуальный язык, которому завидовали клипмейкеры MTV!
Но, увы, старуха с косой сегодня работает без перерывов на обед. Ранее стало известно о еще одной потере, пусть и менее громкой в мировом масштабе, но оттого не менее болезненной. Ушел Александр Зиновьев, актер, чье лицо знакомо каждому, кто хоть раз застревал перед телевизором на «Глухаре» или «Интернах». Ему было почти 80. И здесь история разворачивается по сценарию, достойному высокой трагедии: Александр ушел вслед за своей супругой, скончавшейся 31 декабря. Оба сгорели от онкологии. Романтично и страшно — как в кино, только без права на дубль.
Такие вот дела, друзья. Пересмотрите сегодня что-нибудь великое. Пленка не горит, а память — единственное, что у нас действительно есть.
