Помните, как великий (и, скажем прямо, иногда чересчур добрый) Роджер Эберт с пеной у рта защищал Indiana Jones and the Kingdom of the Crystal Skull? Его главный аргумент звучал примерно так: «Ребята, это же идеальная глупость!». Мол, ну и что, что ядерный взрыв можно пересидеть в холодильнике, а на саблях можно фехтовать, стоя на двух разъезжающихся машинах? Это же Голливуд, детка! Попкорн, драйв и сладкое забвение логики ради чистого кайфа.
И знаете что? Я готов подписаться под этой теорией. Мне не нужен диплом физика-ядерщика, чтобы наслаждаться тем, как Том Круз прыгает со скалы, и я не зову пожарных инспекторов, чтобы они душнили на просмотре Backdraft. Мы все заключаем с кино негласный пакт: мы притворяемся, что верим, а оно нас развлекает. Но, похоже, создатели новой главы саги решили, что наш «лимит доверия» безграничен, как кредитка Илона Маска.
Видимо, вдохновившись заветами Эберта, авторы Indiana Jones and the Dial of Destiny решили не просто игнорировать законы физики и логики, а сделать абсурд главным действующим лицом. Причем лицом, которое лезет в каждый кадр.
Археология, нацисты и «Дрянь» (в хорошем смысле)
Итак, наш старина Инди. Он все еще «преподает» в университете, хотя вид у него такой, будто он мечтает только о пледе и чашке какао. Но сценарий неумолим: нас швыряет в прошлое (привет, цифровое омоложение!), где Инди снова бодается с нацистами из-за половины того самого титульного циферблата. А в настоящем к нему прибивается Хелена — дочь его старого друга Бэзила. Ее играет блистательная Фиби Уоллер-Бридж (да-да, та самая «Дрянь» из Fleabag, которая научила нас смотреть в камеру с циничным прищуром). Она одержима артефактом, который, по слухам, умеет делать… ну, скажем так, некие «магические математические штуки».
И понеслась! Классический набор: погони, карты с красными пунктирными линиями и нацисты, дышащие в затылок. Честно говоря, где-то на тридцатой минуте ты готов простить фильму многое. Харрисон Форд включает свое фирменное ворчливое обаяние, которое с годами стало только гуще, как хороший портвейн. Уоллер-Бридж героически сражается со сценарием и побеждает, оставаясь самой магнетической женщиной в кадре. Есть даже Мадс Миккельсен — наш любимый «Ганнибал», который здесь играет нациста. Правда, сценарий заставляет его карикатурить самого себя до состояния, близкого к коме, но Мадс есть Мадс — он прекрасен даже когда читает телефонный справочник.
Когда сценаристы склеили страницы
Но тут, друзья мои, начинается самое страшное. Фильм, который мог бы стать лебединой песней жанра, начинает сыпаться, как штукатурка в старой хрущевке. Сюжетные дыры здесь такого размера, что в них можно спрятать Ковчег Завета. Логика происходящего строится по принципу «потому что гладиолус». Персонажи попадают в ловушки, которые не могли существовать даже теоретически, а объяснение фильма звучит в духе: «Ну, раз ловушка есть, значит, она могла здесь быть. Отстаньте».
Нацисты в этом фильме обладают суперспособностью телепортироваться. Серьезно, они материализуются в нужном месте ровно тогда, когда хронометраж требует экшена, наплевав на географию и здравый смысл. Это уже не «удачное совпадение», это сценарная лень, возведенная в абсолют.
Химия против физики
К счастью, две вещи спасают нас от желания выйти из зала: диалоги и погони. Сначала Хелена кажется набором противоречий — то ли гениальная аферистка, то ли просто городская сумасшедшая. Но как только фильм перестает пытаться «продать» нам ее сложный внутренний мир, дуэт Форда и Уоллер-Бридж начинает искрить. Они грызутся так уютно и злобно, как могут только старые приятели (или дед с внучкой, делящие пульт от телевизора). Это работает. Ты смотришь на них и думаешь: «Ладно, плевать на логику, дайте еще посмотреть, как они язвят».
Погони тоже хороши. Когда Инди бежит, пригибается и бьет морды — это старая школа, детка! Тут есть драйв, есть юмор, и ты сидишь на краешке кресла… ровно до того момента, пока кто-то не стреляет из баллисты по самолету. В этот миг фильм официально срывает резьбу. Градус безумия пробивает стратосферу, и все, что было хорошего, растворяется в кислотном трипе финала.
Вердикт?
Это мучительный коктейль. В Dial of Destiny есть сцены, достойные золотого фонда франшизы, но они плавают в бульоне из нелепостей. Середина фильма — это чистый восторг, американские горки, на которых хочется кататься весь день. Но в конце этот аттракцион сходит с рельсов. Фильм уничтожает сам себя, превращаясь из приключения в фарс.
Возможно, этот фильм лучше любить теоретически. Или вспоминать о нем, как о бывшем: помнить только хорошее и старательно забывать тот момент, когда он начал нести полную чушь за ужином.
P.S. Чуть ниже — наш подкаст, где мы также обсуждаем Extraction 2 (да, там тоже бьют людей, но хоть без математической магии).
