Уроки анатомии голливудского провала
Пока прогрессивное человечество, словно сговорившись, упражняется в так называемом «челлендже Эллы Маккей» (и неважно, в каком штате или состоянии духа вас угораздило родиться), давайте-ка на секунду остановимся. Налейте себе чего-нибудь покрепче чая, присядьте и давайте с нежностью, свойственной только старым ворчунам, вспомним первый по-настоящему грандиозный провал Джеймса Л. Брукса.
Речь, конечно же, о восхитительно амбициозной картине «Я сделаю всё» (I’ll Do Anything). О, это был не просто фильм! Это была попытка скрестить ежа с ужом — классический WASP-ромком вывернули наизнанку, перетряхнули и подали публике под таким соусом, что зритель поперхнулся попкорном. Эффект был настолько ошеломительным, что перепуганные люди в панике бросились искать утешения в объятиях Вуди Аллена и его, будем честны, совершенно чудовищного «Все говорят, я люблю тебя» (Everyone Says I Love You). Сбежать от Брукса к худшему фильму Аллена — это, знаете ли, исторический курьёз 🍷.
Когда «Симпсоны» выходят в реальный мир
Казалось бы, чего нам ждать от человека, снявшего «Язык нежности» (Terms of Endearment) и «Телевизионные новости» (Broadcast News)? Слезовыжималки? Интеллектуальной беседы? Но уж точно не бунта. Брукс не должен был раскачивать лодку. Ему полагалось сидеть в режиссерском кресле, пить кофе и получать «Оскары».
Но он, хитрая лиса, решил последовать за своей страстью и устроить разнос той самой индустрии, частью которой являлся. И в качестве путеводной звезды он выбрал не что иное, как драйв и абсурд своего же детища — «Симпсонов» (The Simpsons). Представьте себе Гомера, пытающегося сыграть в драме Чехова — вот примерно такой уровень дерзости мы наблюдали.
Разумеется, он заплатил за это сполна. Голливуд не прощает, когда ему показывают зеркало, особенно если оно кривое. Следующая работа Брукса, «Лучше не бывает» (As Good As It Gets) — лента, которую хвалили так громко и неистово, что это даже сбивало с толку, — была уже шагом назад. Это было, по сути, тактическое отступление: бегство от смелых экспериментов в уютную, безопасную гавань чистого невроза. Джек Николсон, конечно, гений, но мы-то знаем, что Брукс просто испугался собственной тени.
Почему мы всё ещё любим этого странного парня
И вот, спустя тридцать лет, «Я сделаю всё» (I’ll Do Anything) смотрится как артефакт из другой цивилизации. Он по-прежнему очаровательно странный, нелепый, местами кособокий, но абсолютно живой.
Это кино напоминает нам, почему мы вообще когда-то влюбились в Джеймса Л. Брукса. Не за его правильные, вылизанные хиты, а за эту искру, за готовность рискнуть репутацией ради шутки, которую поймут лишь избранные. Так что, если хотите увидеть, как большой художник хулиганит на все деньги — вы знаете, что включить сегодня вечером 😉.
