Ох уж эта трилогия The Strangers… Какая, право слово, странная, но по-своему амбициозная затея: взять изумительно камерный, сжатый как пружина слэшер Брайана Бертино 2008 года и попытаться раздуть его до размеров трехчастного Гран-Гиньоля. И какой же, простите мой французский, восхитительный бардак из этого получился. 🍷
Трейлеры к якобы финальной части хоррор-саги Ренни Харлина — человека, который когда-то подарил нам Die Hard 2, а теперь, кажется, просто развлекается на пенсии, — пытались продать нам этот фильм как эпическое завершение сложной истории. Маркетологи надували щеки так, словно перед нами без пяти минут 28 Years Later. На деле же перезапуск The Strangers не имеет никакого масштаба, что становится мучительно очевидно в Chapter 3. Герои просто проводят большую часть времени, катаясь из одной локации в другую, изредка разбавляя эти покатушки вялым кровопролитием. Ах да, еще там есть измельчитель древесины. Но об этом чуде техники чуть позже.
Позвольте мне, как старому сплетнику, кратко напомнить содержание предыдущих серий. В Chapter 1 юная пара, Майя (Мэделин Петш, наша рыжая бестия из Riverdale) и Райан (Фрой Гутьеррес), фактически переигрывают сюжет оригинального фильма Бертино. Их терроризируют трое в масках (Pin-Up Girl, Dollface и Scarecrow) в лесном домике. Выживает только Майя, чтобы встретить новый день и новых врагов в Chapter 2, где она весь фильм играет в прятки и догонялки. Вторая часть заканчивается тем, что одну из злодеек (Pin-Up Girl) отправляют к праотцам и срывают маску, попутно скармливая нам флешбэки с предысторией убийц и происхождением той самой фразы про Тамару.
И вот, The Strangers: Chapter 3 стартует с очередного флешбэка — видимо, просто чтобы накрутить счетчик трупов, — а затем подхватывает повествование ровно там, где мы остановились. Майя бегает еще немного, но в итоге попадает в лапы к Dollface и Scarecrow. И тут начинается самое интересное: эти ребята в масках решают, что Майя должна присоединиться к ним вместо их погибшей подруги. Вакансия открыта, соцпакет, видимо, включен. Тем временем шериф, которого играет Ричард Брейк (человек с лицом, созданным для ролей маньяков у Роба Зомби, так что его назначение на роль стража порядка — уже спойлер), размышляет, как бы замять подозрительно высокую смертность в городке. А в город прибывает сестра Майи, Дебби, с мужем и охраной.
В сухом остатке эта новая и, надеюсь, последняя часть — именно то, чем она кажется: абсолютно бессвязное нечто. У двух предыдущих фильмов всегда было слабое место там, где по идее должен находиться сценарий, но, по крайней мере, сценаристы Алан Р. Коэн и Алан Фридленд придерживались хоть какого-то вектора. Первая часть была про вторжение в дом, вторая заигрывала с жанром survival horror, но определить, чем является этот свежий круг ада, решительно невозможно.
Нас кормят ненужными флешбэками, которые зачем-то объясняют действия убийц (спойлер: они просто психически нестабильны, вот так сюрприз!). На экране то и дело возникают случайные люди — не персонажи, а просто «пушечное мясо», — исключительно для того, чтобы фильму было кого убивать. И это необходимо, поскольку Майя, пережившая несколько ножевых ранений, пару автокатастроф и даже атаку дикого кабана в прошлом фильме, обзавелась такой сюжетной броней, что ей позавидовал бы сам Тони Старк. Не удивлюсь, если в сцене после титров ей позвонят из «Мстителей».
Удивительно, но фильм отказывается быть хоть сколько-нибудь веселым трэшем и сохраняет звериную серьезность. Казалось бы, у вас есть заявленный в рекламе измельчитель древесины — ну сделайте вы отсылку к Fargo, повеселитесь! Но нет. Вместо изобретательных убийств мы получаем затянутые дискуссии в церкви о скорби и, почему-то, о Каине и Авеле. Богословские споры в слэшере — это сильно.
Главная «новинка» сезона — якобы психологическая игра между Майей и Пугалом (Scarecrow), который пытается убедить её, что они похожи. Это могло бы сработать и звучать интересно, если бы мотивация Пугала была чуть глубже, чем желание заменить свою девушку спустя пару часов после её смерти (парень, серьезно, это просто фу 🤢). И если бы сценарий удосужился прописать Майе хоть какие-то явные психологические черты, кроме умения красиво кричать.
Мэделин Петш продолжает тащить на себе весь этот балаган изо всех сил, и надо отдать ей должное — она старается. Но к третьему фильму становится очевидно, что она работает в полном вакууме, без режиссуры в кинематографическом и буквальном смысле. В конце концов, авторы подводят и её, и нас, жертвуя шансом на классический хоррор-катарсис ради дешевой попытки сделать «эмоционально сложный» финал (кто-нибудь, проверьте, не пересмотрели ли Харлин и компания братьев Дафферов на ночь глядя?).
Хорошая новость заключается в том, что это, наконец, закончилось. Хотя и это спорно (зависит от кассовых сборов). Как мы знаем, в современном кино никто не умирает по-настоящему, кроме дяди Бена, и это, к сожалению, касается и ненужных хоррор-франшиз.
Фильм выходит в прокат сегодня, только в кинотеатрах.
