Ну что, друзья мои, наливайте… чай. Или что там у вас сегодня для поддержания душевного равновесия? Мы снова погружаемся в этот дивный, полный бюрократического сюрреализма мир кинопремий. Казалось бы, только вчера мы обсуждали, почему «Оскар» стал таким скучным, и вот уже британские академики из BAFTA решили подкинуть дровишек в костер нашей общей экзистенциальной тоски.
На манеже всё те же, но с новыми тревогами. Эмили Стиллман (дама серьезная, вице-президент Warner Bros. Studios Leavesden, на минуточку) и её заместитель Энтони Эндрюс вышли к публике с лицами людей, которые только что заглянули в пустой холодильник. Вердикт неутешителен: с женщинами-режиссерами и представителями так называемого «глобального большинства» в лонг-листах беда. Прямо-таки, знаете ли, пустыня Сахара.
«Где женщины, Лебовски?»
Давайте честно, ситуация выглядит комично, если бы не была такой грустной. В категории «Лучший фильм» в этом году в лонг-листе оказалась всего одна женщина — Хлоя Чжао с картиной Hamnet (Original Title). Да-да, та самая Чжао, которая сначала покорила всех своими бродягами в Nomadland, потом слегка оступилась в марвеловском цирке с Eternals (кто старое помянет, тому глаз вон, но мы помним Анджелину Джоли в том странном костюме), и вот теперь вернулась к корням.
А что в 2025-м? Там тоже негусто. Только Корали Фаржа со своей боди-хоррор феерией The Substance (Original Title). Ирония судьбы: ни та, ни другая — не британки. В категории «Выдающийся британский фильм» количество женщин-режиссеров рухнуло на 50% по сравнению с прошлым годом. Такое ощущение, что их всех куда-то вывезли. Может, на другую планету? Илон Маск, признавайся.
«Мы, конечно, пытаемся выровнять игровое поле», — вздыхает Стиллман, словно тренер футбольной команды, проигрывающей 0:5 к перерыву. Но пока поле выглядит перекопанным.
Квоты, интервенции и прочая магия
Помните, как в 2021 году BAFTA ввела «интервенции» жюри, чтобы гарантировать гендерный паритет в лонг-листах режиссеров? Ну, такая искусственная вентиляция легких для статистики. Стиллман говорит, что эта практика никуда не денется. «Это полезно для узнаваемости», — утверждает она. Ну ещё бы! Если не подсветить фонариком, академики, видимо, просто не видят ничего, кроме работ своих старых приятелей из паба.
Но проблема глубже, мои дорогие синефилы. Снять первый фильм — это подвиг. Снять второй — удача. А вот дожить до третьего или четвертого в этой индустрии — это уже настоящий «Выживший» с Ди Каприо, только без медведя (хотя продюсеры иногда страшнее). Стиллман справедливо замечает: нужно поддерживать творцов не только на старте, но и когда они пытаются не умереть с голоду в середине карьеры.
Похмелье после забастовок и призрак Скайнета
Но давайте о хорошем. Или о том, что Эндрюс и Стиллман считают хорошим. Общее количество фильмов в лонг-листах выросло до 82. «Британская индустрия в добром здравии!» — радуется Эндрюс. Ох, Энтони, твой бы оптимизм да в мирных целях. Он сравнивает ожидание церемонии с распаковкой рождественских подарков. Надеюсь, там не носки, как обычно.
А вот что действительно интересно, так это похмелье после голливудских забастовок. Фрилансеры до сих пор приходят в себя, зализывая финансовые раны. Стиллман, как мудрая мать полка, напоминает: кино — индустрия хрупкая. Сегодня ты на красной дорожке, завтра ищешь скидки на гречку. Поддержка съемочных групп сейчас важна как никогда.
И, конечно, вишенка на торте — Искусственный Интеллект. BAFTA даже ввела в правила термин «человеческие достижения» (human achievement). Представляете? Дожили. Теперь нужно официально подтверждать, что фильм снял человек, а не кофеварка с доступом к ChatGPT. Игровое подразделение BAFTA уже провело для киношников презентацию на тему «Как нам не дать роботам захватить мир». Звучит как сюжет для нового блокбастера Кэмерона, не находите?
Эпилог
Номинации объявят 27 января, а сама раздача слонов — 22 февраля. Стиллман и Эндрюс говорят, что настоящая работа начнется на следующий день после церемонии. «Мы погрузимся в политику и детали», — обещают они. А мы с вами, друзья, запасемся попкорном и будем наблюдать, как британские джентльмены и леди пытаются спасти кинематограф от скуки, неравенства и восстания машин. Шоу должно продолжаться!
