Sovereign (Sovereign)
Послушайте, друзья мои, мы ведь с вами живем в удивительное время. Эпоха, когда доверие к «человеку в футляре» — чиновнику, полицейскому, налоговому инспектору — стремится к отрицательным величинам даже быстрее, чем падает курс биткоина в плохой день. Скепсис стал новой религией. Но вот вопрос на миллион: дает ли нам этот святой гнев право сочинять собственные законы, как плохие стихи, и жить по ним, игнорируя реальность? Тема, прямо скажем, взрывоопасная. И именно в это минное поле с разбегу прыгает режиссер-дебютант Кристиан Свегал со своей картиной Sovereign (Sovereign).
Перед нами не просто триллер, а настоящий психологический роуд-муви в ад, основанный, увы, на реальных событиях. Помните 2010 год? Западный Мемфис, Арканзас, перестрелка с полицией… Если нет, то Свегал вам напомнит, да так, что мурашки по коже устроят марафон.
В центре этого безумного карнавала — Джерри Кейн. И играет его не кто-нибудь, а сам Ник Офферман. Да-да, тот самый Рон Суонсон из Parks and Recreation, икона всех усатых либертарианцев, ненавистник правительства и любитель виски. Только здесь ирония выкручена на максимум: Офферман играет персонажа, который тоже ненавидит систему, но делает это без обаятельной ухмылки, а с пугающим фанатизмом. Джерри — бывший кровельщик (забавно, учитывая, что в жизни Офферман — гениальный столяр, способный собрать каноэ одной левой), который решил, что Конституция — это шведский стол: беру то, что нравится, остальное — в мусорку.
Он называет себя «суверенным гражданином». Звучит гордо, а на деле — это человек, который ездит по стране, толкает безумные юридические теории доверчивым простакам и пытается убедить мир, что законы физики и уголовного кодекса на него не распространяются. Но самое страшное не это. Самое страшное, что на пассажирском сиденье сидит его сын-подросток Джо.
Мальчика играет Джейкоб Трамбле. Помните этого кроху из Room (Комната), который заставил рыдать половину планеты? Он вырос, и, черт возьми, как же он хорош! Его герой — заложник отцовского безумия. Он пытается понять папину философию — этот адский коктейль из псевдохристианства, любви к оружию и параноидального бреда, — но в глазах у него читается тихий ужас. Трамбле и Офферман выдают такой актерский дуэт, что искры летят с экрана. Не зря их номинировали на Independent Spirit Award, хотя, положа руку на сердце, такие перформансы заслуживают золотых статуэток потяжелее.
Конечно, смотреть Sovereign — это не то же самое, что пересматривать «Иронию судьбы» под оливье. Это тяжелое, вязкое, местами почти физически дискомфортное зрелище. Сценарий Кристиана Свегала затягивает, как болото. Диалоги главного героя иногда напоминают бред сумасшедшего юриста, наевшегося грибов, — сложные, запутанные, алогичные. Но не спешите перематывать! Именно в этом словесном потоке и кроется суть: так выглядит фанатизм изнутри. Это портрет человека, который настолько заблудился в лабиринтах собственного разума, что выход нашел только через насилие.
На втором плане мелькают отличные ребята вроде Денниса Куэйда (старина Куэйд всегда к месту, как хороший коньяк) и Марты Плимптон, но это, безусловно, бенефис отца и сына.
К сожалению, этот фильм 2025 года прошел мимо широкой публики, как интеллигент мимо пивной — тихо и незаметно. А зря. Sovereign — это зеркало, в которое нам всем страшно смотреть. 🎬 Это кино о том, как легко перейти черту между борьбой за свободу и анархией. О том, что бывает, когда мы перестаем слышать друг друга и начинаем говорить на языке ультиматумов.
Так что, если вы готовы к серьезному разговору и не боитесь увидеть изнанку американской мечты, искаженную конспирологией, — включайте. Только будьте осторожны: после этого фильма вам захочется проверить, на месте ли ваши водительские права и здравый смысл. Ведь если мы не разберемся с демонами в наших головах, хаос может постучаться и в нашу дверь. И поверьте, у него не будет ордера на обыск.
