Ну что, мои дорогие синефилы и любители похрустеть попкорном под аккомпанемент взрывов, присаживайтесь. У меня для вас новости, которые заставят вашу бровь скептически взлететь к линии роста волос. Если вы, затаив дыхание, ждали, что на грядущем Супербоуле нам выкатят трейлер Avengers: Doomsday (Мстители: Судный день), то у меня для вас плохие вести: кина не будет. Марвел решили поиграть в молчанку. Но не спешите расстраиваться и переключать канал на «Культуру»!
В это воскресенье супергерои всё же заглянут на огонёк, правда, повод выбран… скажем так, весьма специфический. Милли Олкок — та самая барышня с валирийскими корнями, что ещё недавно летала на драконах, а теперь примерила плащ Supergirl (Супергёрл) — отправляется на «Щенячий кубок» (Puppy Bowl). Да-да, вы не ослышались. Не Канны, не Оскар, а щенки. И, черт возьми, в этом есть своя железная логика, достойная лучших сценариев Аарона Соркина.
Связь тут очевиднее, чем сюжетные дыры в поздних частях «Форсажа». Как нам любезно объяснил Супермен (вернее, Джеймс Ганн), у Кары Зор-Эл есть пёс. Крипто. Тот самый хвостатый, которого она, словно строгая мамочка, забирает у кузена в финале фильма, чтобы улететь с ним в закат… простите, в космос. Собственно, с этого и начинается заварушка в грядущей Supergirl. Но погодите, сейчас будет минутка истории, от которой у неподготовленного зрителя может случиться легкий культурный шок.
Вы думали, Крипто — это вершина айсберга? О, святая наивность! Вселенная DC — это настоящий Ноев ковчег под кислотой. Ещё в далеком 1955-м, когда Отто Биндер и Курт Суон придумали суперпса для Adventure Comics, это казалось милой шалостью. Кларк Кент, тогда ещё юный Супербой, жил на ферме, пил молоко и вел себя как примерный мальчик эры Эйзенхауэра. А каждому мальчику нужна собака. Так появился Крипто — идеальный компаньон для историй, где главной проблемой были не межгалактические тираны, а соседские хулиганы.
Но дальше, друзья мои, Остапа понесло. Публика взвыла от восторга, и DC решили: «Гулять так гулять!» Бэтмену выдали пса Эйса (ну не кошку же ему заводить, в самом деле, с Женщиной-кошкой и так всё сложно). Потом появился Беппо… Супер-обезьяна. Серьезно. А Супергёрл получила кота Стрики и — внимание! — коня Комету. И вот тут начинается настоящий сюрреализм, которому позавидовал бы сам Дэвид Линч. Этот конь, Комета, однажды превратился в человека, и у Супергёрл с ним случился роман. Слава богам реткона, этот сюжетный поворот выжгли из канона каленым железом, иначе Фрейд в гробу вертелся бы со скоростью турбины.
И это мы еще не говорили про Детектива Шимпанзе (обезьяна в шляпе а-ля Холмс, которая расследует дела лучше Брюса Уэйна — каково, а?), горилл из Города Горилл (Гродд и Соловар, привет «Планете обезьян») и белок-Зеленых Фонарей. А ведь есть еще Капитан Морковка! Нет, я не брежу, это реальные персонажи.
Долгое время продюсеры стыдливо прятали этот зверинец по углам, считая его позором для «серьезного кино». Мол, у нас тут мрачный реализм, дожди и пафос, какие к черту супер-белки? Но времена меняются. Пришел Джеймс Ганн — человек, который заставил нас плакать над судьбой енота, — и сказал: «Всё в дом!». Теперь Крипто — не просто пасхалка, а звезда экрана. Возвращение пса в Supergirl доказывает, что Ганн готов вывалить на нас самые безумные аспекты комиксов, и, знаете что? Нам это нравится!
Так что помечайте в календарях: 26 июня 2026 года. Supergirl (Супергёрл) приземлится в кинотеатрах. А пока — смотрим на щенков и умиляемся. В конце концов, в нашем безумном мире это, пожалуй, самое адекватное зрелище.
