Назвать кинематограф Грегга Араки «важным» — это, друзья мои, все равно что назвать атомный взрыв «немного громким». Это не просто преуменьшение, это почти оскорбление, за которое в приличном обществе кидают в лицо перчатку (или стакан с чем-то покрепче). Его «трилогия подросткового апокалипсиса» — Totally F***ed Up (1993), The Doom Generation (1995) и Nowhere (1997) — запечатлела современную подростковую тоску во всей ее хаотичной, безумной славе, без страха, упрека и, слава богу, без фильтров. 🍷
Эти фильмы были актом чистого бунта. Исследование сексуальности, наркотиков и взросления на стыке веков велось с таким упрямством, что становилось не по себе. В некотором смысле, Араки стал темным «янь» для светлого «инь» (или наоборот, тут уж как вам позволит совесть трактовать) Джона Хьюза. Если Хьюз в 80-х кормил нас сладкой ватой школьных выпускных, то Араки в 90-х предложил нам коктейль из кислоты и битого стекла. С появлением Strand Releasing в 1989-м и расцветом движения New Queer Cinema, наш герой естественно вписался в историю, как влитой. Он вытащил «странную» и «плохую» молодежь — всех этих маргиналов и фриков — из подворотен прямо на авансцену авторского кино. Так что, простите мой французский, его работы не просто важны. Они, черт возьми, необходимы.
И вот, свершилось! Номинант на премию Spirit за лучшую режиссуру (вспомним пронзительный Mysterious Skin (2004)) наконец-то выпускает свой долгожданный полный метр с говорящим названием I Want Your Sex. Всё в лучших традициях мастера. Премьера состоится на фестивале «Сандэнс» в этом году, а в главных ролях — Оливия Уайлд и Купер Хоффман. Да-да, тот самый Купер, сын великого Филипа Сеймура Хоффмана, унаследовавший не только фамилию, но и, похоже, талант выбирать нестандартные проекты.
Картину описывают как «драму о доминатрикс». Сюжет вертится вокруг Эллиота (Хоффман), который устраивается на работу к известной художнице и провокатору Эрике Трейси (Уайлд). Она, хищно прищурившись, решает превратить парня в свою сексуальную музу, воплощая фантазии в реальность. Но, как это обычно бывает у Араки, дорожка, вымощенная пороками, ведет их в куда более огненные дебри, чем мог вообразить бедняга Эллиот. Компанию им составят ветераны хаоса: Джонни Ноксвилл (человек, чье тело — карта шрамов эпохи MTV), Давид Диггс и Маргарет Чо. А вишенкой на этом безумном торте станет поп-сенсация Charli XCX. Её появление в касте вызывает такой же восторг, как и понимание, что это абсолютно логичный ход для вселенной Араки.
Это сотрудничество лишь подчеркивает маниакальное внимание режиссера к музыке и стилю — двум китам, на которых держится его вселенная. Араки всегда использовал звуки альтернативной сцены — Cocteau Twins, Slowdive, Lush — не просто как фон, а как путеводную звезду для своих потерянных героев. За пределами экрана эти треки настолько плотно срослись с субкультурами, что сыграли решающую роль в формировании культа вокруг режиссера. И этот музыкальный ряд идеально ложится на его визуальный стиль, который держится на двух столпах: костюмах и декорациях.
О, эти костюмы! Они колеблются между небрежным уличным шиком (вспомните Джеймса Дюваля в любой части апокалиптической трилогии, выглядящего так, будто он только что ограбил самый модный секонд-хенд в Лос-Анджелесе) и эклектичным буйством узоров, как у Рэйчел Тру в Nowhere. Что касается декораций, то здесь царит баланс интерьеров и натуры. Но именно интерьеры, вроде той самой черно-белой клетчатой комнаты в The Doom Generation, заслуживают отдельных аплодисментов. Это максимализм, но отполированный до блеска. Неудивительно, что Араки притягивает к себе нестандартных творцов как магнит — железные опилки.
Прошло больше десяти лет с его последнего полного метра. Конечно, он не сидел сложа руки: создал сериал Now Apocalypse (2019) и даже снял эпизод для нетфликсовского хита про Джеффри Дамера (монстры к монстрам, как говорится). Это были достойные проекты, но нам, признаться, чертовски не хватало его видения на большом экране. Ни один другой режиссер-сценарист не умеет так виртуозно смешивать сексуальную уверенность, артистический шик и чувство надвигающейся беды. Это обещание он дал нам еще в своем невероятно малобюджетном и независимом дебюте Three Bewildered People in the Night (1987), и с тех пор ни разу не нарушил слово.
Критики и фанаты, естественно, в нетерпении. I Want Your Sex обещает стать дерзким знакомством для нового поколения и радостной встречей для тех, кто с Араки с самого начала. И знаете что? Пока Грегг Араки продолжает творить — вплоть до того момента, когда реальный конец света, который он так любит исследовать, все-таки наступит, — мы можем умирать счастливыми. 🎬🖤
