Когда Итан пошел в пустыню: исповедь последнего романтика Голливуда
Знаете, есть что-то символическое в том, что после года, который мог бы довести до нервного срыва даже буддийского монаха, Итан Хоук отправился прямиком в пустыню. Нет, не чтобы косплеить пророков Ветхого Завета (хотя с его бородкой это было бы эффектно), а чтобы забрать заслуженную статуэтку за карьерные достижения на кинофестивале в Палм-Спрингс.
Давайте честно: минувший год для нашего любимого интеллектуала в кедах был марафоном. Он успел сняться у Ричарда Линклейтера в Blue Moon, засветиться в The Lowdown Стерлина Харьо и даже напугать нас в сиквеле Скотта Дерриксона Black Phone 2. И вот, в субботу вечером, среди песков и пальм, он стоял на сцене Convention Center, окруженный такой плотной концентрацией звездной пыли — от Майли Сайрус и Адама Сэндлера до Тимоти Шаламе (куда ж без него) — что можно было заработать аллергию на гламур. ✨
Одиночество — это миф (или сказ о том, как Итан сломал шаблон)
Обычно на таких церемониях актеры благодарят агентов, Бога и маму, попутно любуясь своим отражением в награде. Но Хоук — птица другого полета. Получив свой трофей из рук оскароносного Махершалы Али, он вдруг ударился в такую пронзительную рефлексию, что зал, кажется, перестал жевать канапе.
«Я — единственный постоянный элемент в этой истории, да, — сказал он с той самой фирменной улыбкой парня, который всё понял про эту жизнь. — Но в ткань моей карьеры вшито столько людей. Я никогда и ничего не делал в одиночку».
И тут, друзья мои, он достал из рукава историю, от которой у любого синефила защиплет в глазах. Хоук вспомнил 1985 год. Фильм Джо Данте Explorers. Представьте себе: два подростка, мечтающие построить космический корабль из мусора и чертежей, приснившихся во сне. Одним был Итан, другим — Ривер Феникс.
Уроки ходьбы и панк-рока на парковке
«Мне было 13, — начал Итан, и мы все словно перенеслись в тот отель Radisson под Сан-Франциско. — Я смотрел в окно, как 14-летний Ривер Феникс ходит туда-сюда по парковке. Я вышел и спросил: «Ты чего творишь?». А он ответил: «Репетирую походку моего персонажа»». 🚶♂️
Вы только вдумайтесь в эту сцену! Пока юный Хоук думал лишь о том, как бы ходить «максимально круто» (его слова, не мои, хотя мы все знаем, что у него получилось), Феникс уже тогда устраивал кастинг походок для выдуманного героя. Это была встреча двух миров: вечного отличника и стихийного гения.
Их дружба в те ранние дни — это готовый сценарий для инди-драмы. «Я дал ему «Над пропастью во ржи», потому что он никогда не читал книг, — признался Хоук. — А он в ответ сунул мне кассеты с панк-роком, который я в жизни не слышал. Я понятия не имел, кто такие вегетарианцы, а он показывал мне документалки про скотобойни». Ривер, ушедший от нас слишком рано той страшной ночью 1993 года в Viper Room, навсегда остался частью ДНК Хоука. «Он всегда будет частью меня», — сказал Итан, и, клянусь, в зале стало тише, чем в библиотеке Ватикана.
Философия на десерт
Конечно, Хоук не был бы собой, если бы не превратил благодарственную речь в мини-лекцию по экзистенциализму. Он рассыпался в благодарностях всем: от Питера Уира и банды из Dead Poets Society до Дензела Вашингтона и своей жены Райан. Но главное было в другом.
«Мы хороши ровно настолько, насколько хорошо наше время, — выдал он, заставив Тимоти Шаламе, вероятно, задуматься о бренности бытия. — Мужское и женское неразрывно связаны. Если мы раним друг друга, мы раним себя». Звучит немного как тост на свадьбе хиппи, но из уст Хоука это звучит как истина в последней инстанции.
В эпоху, когда технологии развиваются быстрее, чем мы успеваем обновлять прошивки на телефонах, а правда тонет в информационном шуме, Итан призвал нас к простому: верить в кино. «Я верю в кино, — сказал он. — Я верю, что человеческое творчество — это природа, проявленная в нас». 🎭
Берегите дикость
И закончил он так, что захотелось немедленно выключить смартфон, купить билет в кинотеатр на последний ряд и просто смотреть на большой экран. «Когда я думаю о своей карьере… честно говоря, я оторвался по полной. Было столько веселья и столько дикости. Вот что я хочу сохранить — дикость. Берегите дикость».
Браво, Итан. В мире пластиковых улыбок и сгенерированных нейросетями сценариев, твоя «дикость» — это именно то, что нам всем нужно. Наливайте вино, господа, и давайте пересмотрим Gattaca. Или Explorers. За дикость! 🍷
