Мы живем в эпоху, когда медиаграмотность, кажется, вышла покурить и не вернулась. Вы тоже это заметили? Фанаты Брюса Спрингстина внезапно обнаруживают, что их кумир, оказывается, критикует Трампа (с добрым утром, ребята!). Люди лезут на форумы строчить жалобы, что Star Trek стал «слишком повесточным», забывая, как капитан Кирк отчитывал экипаж за предрассудки еще до того, как их родители научились ходить. А любители комиксов Marvel бойкотируют Captain America за неуважение к нацистам. Серьезно? Парень дебютировал, буквально прописывая хук в челюсть Гитлеру! Но кого волнует история, когда есть интернет?
И вот на эту сцену выходит Тони Гилрой — человек, который не просто спас Rogue One, но и подарил нам лучшую шпионскую паранойю в саге о Борне. Создатель сериала Andor явно не намерен терпеть эту слепоту. В своем недавнем разборе полетов для The Hollywood Reporter маэстро Гилрой прямым текстом заявил: его приквел к приквелу (да, звучит как матрешка, но потерпите) — это история о фашизме. О том, каким он был в Германии 30-х, и о том, каким он, к ужасу многих, выглядит сегодня.
Гилрой не стесняется проводить параллели. Когда его спросили, почему события шоу так пугающе напоминают реальные новости — например, жестокость агентов ICE к гражданским, — он лишь развел руками. «Простейший ответ на эту странную синхронность лежит на совести внешних сил», — объясняет он с тем спокойствием, с каким патологоанатом вскрывает труп. Империя — это идеальный холст для разговора об авторитаризме. И если этот холст выглядит как ваша утренняя лента новостей, то вопросы тут не к сценаристам.
Более того, Гилрой отмахивается от лавров пророка. «Вы просто берете книгу „Фашизм для чайников“, смотрите 15 пунктов из списка и стараетесь впихнуть их в сюжет максимально художественно», — иронизирует он. — «Откуда мы могли знать, что этот клоунский автомобиль в Вашингтоне будет использовать ту же самую методичку?». Браво, Тони. Вместо того чтобы приписывать себе дар предвидения, он винит во всем «печальную знакомость фашизма» и его стандартное караоке-меню из диктаторских хитов.
Сила Andor — и тут нужно отдать должное братьям Гилроям — в том, как они превратили главную слабость любого приквела в его козырь. Мы все знаем, чем это кончится. Мы знаем, что Империя будет давить сапогом, пока Люк Скайуокер не устроит Дарту Вейдеру сеанс семейной психотерапии. Но прелесть в том, что персонажи Andor этого не знают.
Их нежелание вступать в Сопротивление — это зеркало. Зеркало, в котором отражаются те, кто до последнего отказывается верить в происходящее за окном. Кассиан Андор, Мон Мотма и другие лишь медленно, со скрипом осознают правоту Лютена Раэля. Кстати, играет его великолепный Стеллан Скарсгард — человек, который с одинаковым успехом может сыграть доброго профессора и морально амбивалентного шпиона, способного продать душу ради общего блага (вспоминаем его Бориса Щербину из «Чернобыля» — этот взгляд усталого циника ни с чем не спутать).
Самое смешное в этой истории — корпоративная осторожность. Гилрой был настолько уверен в очевидности тем шоу, что даже согласился на просьбу Disney не проводить прямых параллелей с современностью во время промо-тура. «У нас была легитимная историческая модель… Это было очень безопасное место, чтобы продать шоу, не говоря того, что я свободен сказать сейчас», — признается он. Мышиный дом хотел, чтобы все было чинно и благородно, но искусство, как известно, дырочку найдет.
И все же, каким бы легитимным ни был исторический контекст, найдутся те, кто ничего не поймет. Поможет ли прямота Гилроя открыть глаза фанатам на то, что Империя — это не просто стильные ребята в белом пластике, а реальная угроза? Ох, боюсь, надеяться на это — еще более нереалистично, чем звуки взрывов в вакууме космоса.
