«Крик» становится тише? Или почему ностальгия — валюта нестабильная
Друзья мои, налейте себе чаю (или чего покрепче, если вы, как и я, пережили 90-е), и давайте поговорим о вечном. Нет, не о Шекспире, и даже не о том, почему Тарантино так любит женские ступни. Поговорим о франшизе, которая отказывается умирать с упорством, достойным лучшего применения. Речь, разумеется, о нашей любимой резне в Вудсборо.
Итак, к нам мчится седьмая часть эпопеи Scream (Крик), и аналитики с калькуляторами наперевес уже пророчат ей судьбу чуть менее блестящую, чем у предшественницы. Если шестой фильм в 2023 году ворвался в кинотеатры с грацией слона в посудной лавке, собрав 44,4 миллиона вечнозеленых бумажек на старте, то седьмому акту этой кровавой оперы предрекают старт поскромнее — в районе 30 миллионов. 📉
Почему так, спросите вы? А я вам отвечу, как на духу. Молодая гвардия покинула чат. Да-да, мы все знаем эти закулисные скандалы, достойные отдельного сериала на HBO, но факт остается фактом: зумеры, обеспечившие кассу прошлому фильму, могут и не прийти. Зато возвращается тяжелая артиллерия!
Paramount делает ставку ва-банк на чистое, дистиллированное чувство ностальгии. В игру вступает сама «Final Girl» всех времен и народов — Сидни Прескотт. Нив Кэмпбелл, видимо, уладила свои финансовые разногласия со студией (и слава богу, актрисе нужно платить, тем более, когда ее героиню пытаются зарезать уже 30 лет подряд).
Но самое вкусное я приберег для середины нашего тоста. Держитесь за стул. Мэттью Лиллард возвращается. Тот самый Стю Мейкер! Да-да, я слышу ваш немой вопрос: «Позвольте, но разве ему на голову не упал огромный кинескопный телевизор в 1996 году?» Ох, мои наивные друзья. В слэшерах смерть от бытовой техники — это лишь повод взять больничный. Лиллард, которого мы также нежно любим как Шэгги из «Скуби-Ду» (иронично, правда? Он всю жизнь бегает от призраков), уже заявил в интервью, что сценарий Кевина Уильямсона просто огонь. Мол, сам Уэс Крэйвен — мир его праху — гордился бы. Ну, раз Шэгги говорит, придется верить.
Сюжет обещает быть классическим до боли в зубах. Сидни, бедная женщина, которая, видимо, не может просто уехать на Бали и пить коктейли, построила новую жизнь в тихом городке. Но, как говорится, если ты не идешь к маньяку, маньяк идет к тебе. На этот раз под прицелом Призрачного лица оказывается ее дочь. Материнский инстинкт против ножа — ставка старая, как мир, но работающая безотказно, как автомат Калашникова.
Самое забавное, что, несмотря на скепсис насчет «старичков», эксперты уверяют: аудитория 17–20 лет в полном восторге. Видимо, винтаж нынче в моде, и смотреть, как иконы 90-х снова бегают от парня в балахоне, — это новый вид кинематографического аттракциона. 🍿
Так что, дорогие мои синефилы, обводим в календаре 27 февраля 2026 года красным маркером. Будет ли это шедевр? Сомневаюсь. Будет ли это весело? Однозначно. Ведь, в конце концов, в этом мире есть лишь две константы: налоги и тот факт, что Гостфейс всегда спотыкается, когда бежит за жертвой.
