Ну что, друзья мои, наливайте себе бокал чего-нибудь танинного и покрепче. У нас тут новости, от которых даже у бывалых циников, переживших «смерть кино» раз пятнадцать за последние двадцать лет, дергается глаз. Сядьте, если стоите.
Помните Теда Сарандоса? Того самого парня из Netflix, который годами убеждал нас, что смотреть кино на смартфоне в метро — это и есть вершина эволюции искусства? Так вот, этот улыбчивый разрушитель устоев, кажется, решил переобуться в прыжке. И не просто переобуться, а сменить кроссовки на лакированные штиблеты.
Сюжетный твист, достойный Финчера
Представьте себе картину: на столе лежит 83 миллиарда долларов. Да-да, именно столько Netflix, если верить слухам, готов выложить за Warner Bros. — студию, чей логотип мы любим больше, чем некоторых родственников. Paramount, конечно, тоже дышит в спину и пытается играть мускулами, но давайте честно — когда в комнату заходит «красная буква N» с чемоданом денег, остальные обычно идут курить на балкон.
Но самое смешное не в сумме. Самое смешное в том, что Сарандос вдруг заговорил как старый добрый голливудский магнат времен Золотого века. В интервью The New York Times он выдал базу, от которой у пуристов стриминга должно свести скулы: «Мы хотим победить в бокс-офисе». Вы слышали? Человек, построивший империю на домоседах, хочет, чтобы вы оторвали свои пятые точки от дивана и пошли в кинотеатр.
Он обещает нам «45-дневное окно». Это, конечно, не старые добрые 90 дней, когда фильм успевал обрасти легендами, прежде чем попасть на видеокассету, но в наши дни полтора месяца эксклюзива в кинотеатрах — это почти вечность. Это вам не Мартин Скорсезе, умоляющий дать The Irishman хотя бы пару недель на большом экране, пока алгоритмы не сожрали его детище.
«Если сделка закроется, — говорит Тед, потирая руки, — мы получим феноменальную машину кинопроката, которая генерирует миллиарды. И мы не хотим ею рисковать».
Внезапное прозрение
А теперь — мой любимый момент. Оказывается, ребята из Кремниевой долины заглянули в бухгалтерию Warner Bros. и… удивились! (Здесь должна быть театральная пауза и звук упавшей тарелки).
«Экономика кинопроката оказалась позитивнее, чем мы моделировали», — признается Сарандос. Серьезно, Тед? То есть, продавать билеты и попкорн — это выгодно? Кто бы мог подумать! Оказывается, люди все еще любят коллективный опыт просмотра в темноте, а не только «Netflix and chill» под одеялом. Сарандос, видимо, чувствует себя как Колумб, открывший Америку, хотя там уже давно жили люди.
Впрочем, пока неясно, коснется ли эта щедрость всех фильмов. Одно дело — блокбастеры, другое — инди-драмы, которые обычно живут на экранах меньше, чем йогурт в холодильнике. Владельцы кинотеатров, которые годами смотрели на Netflix как на Антихриста, сейчас находятся в состоянии когнитивного диссонанса: вроде бы враг протягивает руку, но в рукаве может быть спрятан кинжал.
О странных вкусах и грядущих премьерах
Кстати, о стратегии. Раньше Netflix выпускал фильмы в кино только ради того, чтобы академики «Оскара» не плевались ядом. Или ради таких вот экспериментов, как KPop Demon Hunters. Вы же помните этот анимационный хит? Два «Золотых глобуса» и, говорят, верный «Оскар» в кармане. Звучит как название, которое нейросеть сгенерировала после передозировки энергетиками, но народу нравится.
А вот с Гретой Гервиг у них намечается что-то совсем странное. Ее грядущая Narnia (да, та самая Нарния, только теперь с привкусом постмодернизма и, надеюсь, без розового пластика) выйдет по какой-то шизофренической схеме. Следите за руками: две недели только в IMAX, начиная с 26 ноября. Потом — внимание! — две недели тишины. Фильм исчезает отовсюду, как будто его украла Белая Колдунья. И только 25 декабря, под Рождество, он падает на Netflix.
Тим Ричардс из Vue Entertainment уже рвет на себе волосы и кричит прессе, что миллионы семей будут «лишены возможности». И знаете, я его понимаю. Представьте: вы хотите посмотреть кино, а вам говорят: «Извините, у нас перерыв на создание искусственного дефицита». Это как если бы ресторан подал вам закуску, а горячее принес через две недели, когда вы уже умерли от голода.
В общем, друзья, мы живем в удивительное время. Стриминги хотят стать студиями, студии хотят стать стримингами, а мы с вами просто хотим посмотреть хорошее кино. Пойду пересмотрю что-нибудь из классики, пока её не купили и не пересняли с 45-дневным окном.
