Господа синефилы, отложите свои латте на миндальном молоке и послушайте. Наша удивительная Мария Смольникова — та самая актриса с глазами олененка Бэмби, которая умудрилась переиграть спецэффекты в бондарчуковском Stalingrad (а это, согласитесь, задача со звездочкой), — решила провести сеанс урбанистического психоанализа нашей столице.
В недавнем разговоре с изданием «Москвич Mag» Мария выдала диагноз, достойный пера раннего Чехова или позднего Вуди Аллена. Оказывается, Златоглавой катастрофически не хватает… щедрости! Вот так поворот. Не бесплатных парковок внутри Садового и не хамона по досанкционным ценам, а именно метафизической широты души. Согласитесь, звучит куда поэтичнее, чем банальные жалобы на реагенты.
Звезда сериалов «Плевако», «Шаляпин» и хулиганского «Волшебного участка» (где сказки встречаются с суровой реальностью, как и сама Мария в интервью) отметила главный столичный оксюморон. Москву губит переизбыток всего и вся — эдакий шведский стол, где вы уже лопнули, а вам насильно несут десерт. Но при этом бешеный темп города актрисе, как ни странно, по душе.
«Нравится, что все быстро. А когда нужно, можно спрятаться в тихий дворик», — признается Смольникова.
Ох уж эта артистическая натура! Хочется одновременно и нестись сломя голову, и сидеть в тихом дворике, созерцая вечность. Но список «дефицита» у Марии вышел поистине чудесным: городу недостает тишины, щедрости и… трамваев. И если с тишиной в мегаполисе так же туго, как с логикой в сиквелах блокбастеров, то за трамваи действительно обидно. Это ведь самый кинематографичный транспорт — спросите хоть у Булгакова!
Любопытно, что Мария не одинока в своей экзистенциальной тоске. Ранее сам Юрий Норштейн — демиург отечественной анимации и папа «Ежика в тумане» — заявил, что современной Москве не хватает тайны. Видимо, нам всем пора искать тот самый секретный трамвай, который увезет нас из шумного «Москва-Сити» прямиком в туманную область, где царят тайна, тишина и щедрость. Кто последний в очереди?
