Давайте честно: если кто-то и имеет право рассуждать о гибели человечества (или хотя бы киноиндустрии), так это Джеймс Кэмерон. Человек, который сначала утопил Ди Каприо, а потом заставил нас всех носить 3D-очки и мечтать о синей коже, снова вышел на тропу войны. На этот раз его враг — не жидкий металл из будущего, а вполне осязаемый Тед Сарандос и его чековая книжка.
Что стряслось в нашем 2026-м?
Пока мы с вами мирно листали ленту, «Железный Джим» настрочил гневное письмо сенатору Майку Ли. Повод? Netflix, этот прожорливый цифровой левиафан, решил проглотить Warner Bros. Discovery за скромные $83 миллиарда. Для справки: на эти деньги можно было бы снять примерно 400 версий Avatar, и еще осталось бы на печеньки для кейтеринга.
Кэмерон, как истинный рыцарь пленочного образа (хоть и снимающий на цифру), назвал эту сделку «катастрофой» для кинотеатров. И его можно понять. Представьте: вы строите храм искусства с Dolby Atmos и ведерками попкорна, а тут приходит стриминг и говорит: «А давайте смотреть это с телефона в метро?».
Аргументы Титана
Кэмерон утверждает, что слияние Netflix и Warner Bros. поставит крест на тысячах рабочих мест. Он уверен: бизнес-модель «красной буквы N» несовместима с традиционным прокатом так же, как ананасы несовместимы с пиццей (хотя тут можно поспорить). Режиссер бьет в набат: Америка может потерять свое лидерство в киномире, если мы отдадим ключи от студии, подарившей нам Harry Potter и The Matrix, в руки алгоритмов.
Сенатор Ли, видимо, впечатленный тем, что ему пишет сам создатель Terminator, пообещал устроить дополнительные слушания. Ох уж эта бюрократия, бессмысленная и беспощадная!
А что Сарандос?
Глава Netflix Тед Сарандос, конечно, не сидит сложа руки. В подкасте «The Town» он включил режим «доброго полицейского». Мол, ребята, расслабьтесь! Мы сохраним 45-дневное прокатное окно (это те полтора месяца, когда фильм идет только в кинотеатрах). Он даже кивнул в сторону слияния Disney и Fox, намекая: «Смотрите, бывает и хуже». По его плану, схема будет такой: сначала кинотеатры, потом дорогой VOD, и только потом — HBO Max и стриминг.
Но мы-то с вами знаем: когда корпорации обещают «защитить искусство», где-то в мире грустит один инди-режиссер. Кэмерон боится, что эти 45 дней превратятся в тыкву быстрее, чем Золушка добежит до кареты. И если прокатное окно схлопнется, кинотеатры останутся с носом, а мы — с подпиской, которую опять повысят в цене.
Итог драмы
Ситуация пахнет керосином и антимонопольными разбирательствами. Критики кричат о концентрации власти (как будто Disney им мало), сторонники говорят, что это спасет Warner Bros. от банкротства.
Так что запасайтесь попкорном, друзья. Нас ждут увлекательные сенатские слушания. И пока Джеймс Кэмерон грудью стоит за то, чтобы мы смотрели кино в темном зале, а не на паузе по дороге в туалет, у нас есть надежда. В конце концов, он однажды уже вернулся со дна Марианской впадины — может, и кинотеатры вытащит?
