Знаете, бывают вечера, когда воздух в зале можно резать ножом — настолько он густой от эмоций, пафоса и запаха дорогого парфюма. Именно это и случилось в четверг в историческом Arlington Theatre в Санта-Барбаре. Две тысячи с лишним мест — и ни одного свободного кресла. Аншлаг, дамы и господа! Все пришли посмотреть на человека, который умудрился превратить боксерскую драму в аниме, а теперь еще и претендует на звание главного актера поколения. Речь, конечно, о Майкле Б. Джордане, которого чествовали на Santa Barbara International Film Festival.
Но, как это часто бывает в Голливуде, за блеском наград скрываются старые шрамы. Когда модератор Роджер Дурлинг — хитрец, знающий, куда надавить, — спросил Джордана, чувствовал ли он присутствие покойного Чедвика Боузмана на съемках нового хита Райана Куглера Sinners, наш герой не сдержался. Голос дрогнул, глаза заблестели. «Я так любил этого парня… Мне грустно каждый раз, когда я думаю, что мы больше не поработаем вместе», — признался Майкл. И тут зал, кажется, перестал дышать.
Что бы сделал Чад?
История, которую рассказал Джордан, достойна отдельного сценария. Представьте: начало съемок Sinners, Майкл играет близнецов (да-да, тот самый опасный трюк, на котором погорело немало хороших актеров). Он мечется между образами Смоука и Стэка, теряет акцент, начинает говорить своим голосом… Короче, полный творческий ступор. И тут Райан Куглер, этот гений человеческих душ, отводит его в сторонку и тихо спрашивает: «А что бы сейчас сделал Чад?».
Бум! Это сработало как адреналин в сердце. «Мне больше ничего не нужно было говорить, — вспоминает Джордан. — Я точно знал, что он имеет в виду. Это дало мне новую передачу». Боузман, ушедший от нас в 2020-м, не просто остался в памяти — он буквально помог вытянуть эту роль. Мистика? Возможно. Но в кино без неё никуда.
От «Прослушки» до японских мультиков
Но давайте не будем только о грустном, ведь карьера Джордана — это готовый учебник «Как стать суперзвездой и не сойти с ума». Парню только исполнилось 39 (выглядит, конечно, на 25, ведьма!), а за плечами путь от ребенка-модели до режиссера блокбастеров. Вспомнили, как он начинал? Культовый The Wire! Оказывается, именно Андре Ройо (старина Бабблс, черт возьми!) заразил юного Майкла любовью к актерству. Потом были Friday Night Lights, переезд в Лос-Анджелес в 18 лет и встреча с Куглером, которая изменила всё.
Кстати, про Creed. Вы знали, что Куглер предложил ему эту роль еще до того, как они начали снимать Fruitvale Station? Вот это я называю дальновидностью! Франшиза разрослась до невероятных масштабов, а третий фильм Джордан снял сам, вдохновляясь — не смейтесь — японским аниме. И да, фанаты, ликуйте: под громкие аплодисменты Майкл подтвердил, что Creed IV быть. Железобетонно.
Чакры, дневники и рекордный Оскар
Но вернемся к Sinners. Сыграть близнецов — это вам не в перчатках на ринге махать. Джордан подошел к делу с маниакальной серьезностью: вел разные дневники за каждого брата и даже — внимание! — занимался работой с чакрами, чтобы понять, где в теле каждого персонажа «живет боль». Звучит эзотерически, но результат… Мама дорогая! Фильм собрал в прокате 369 миллионов долларов и, держитесь за стулья, отхватил рекордные 16 номинаций на Оскар! 16, Карл! Это первая номинация для самого Джордана, и, судя по всему, не последняя.
Сейчас Майкл уже с головой в новой работе — снимает и играет главную роль в ремейке The Thomas Crown Affair (ждем в следующем году), но этот вечер был его триумфом. А финальную точку поставил великий Делрой Линдо. Он вышел на сцену под овации, чтобы вручить награду, и сказал то, что думали все мы: перед нами не просто звезда, а «блестящий художник», который несет свою славу с пугающим смирением и мощью. И знаете что? Глядя на Джордана, в это веришь безоговорочно.
