Режиссер Трейс Поуп в своей ленте Silence = Death не тратит время на прелюдии и вежливые реверансы. Он буквально швыряет нас в эпицентр событий, в ту самую «скороварку» истории, когда активисты поняли: сидеть и тихо ждать у моря погоды — значит подписать себе смертный приговор. Короткометражка несется с такой скоростью и неотвратимостью, словно сам дух той эпохи, когда СПИД косил людей без разбора, вселился в камеру, чтобы подсчитать человеческую цену бюрократии и властных игрищ.
На календаре 21 мая 1990 года. Джейми (в исполнении Эллиота Джонса — запомните это имя, парень играет так, будто прожил три жизни) — молодой гей-режиссер, готовящийся задокументировать, возможно, самый важный день в истории борьбы с эпидемией. Ситуация, мягко говоря, аховая: исследования спасительного AZT движутся со скоростью улитки, страдающей депрессией. А главным «лежачим полицейским» на дороге прогресса выступает не кто иной, как доктор Энтони Фаучи, глава Национального института здравоохранения (его блестяще сыграл Генри Сторрс). Фаучи, с высоты своей научной колокольни, уверен, что всё идет по плану. Но, простите, когда каждые двенадцать минут кто-то отправляется на тот свет, понятие «научный темп» звучит как издевательство.
И тут на авансцену выходит ACT UP и их харизматичный лидер Питер (Лукас Денис). План у ребят дерзкий, как панк-рок концерт в консерватории: «ШТУРМОВАТЬ NIH». Активисты наводняют Бетесду, окружают цитадель Фаучи, скандируют лозунги и требуют его головы (в переносном смысле, конечно, хотя кто знает…). Это вам не современные твиты писать — тут настоящая, живая ярость.
Доктор Фаучи в своем кабинете в фильме Silence = Death.
«…Питер ведет свою команду на „ШТУРМ NIH“, активисты наводняют Институт в Бетесде и окружают здание Фаучи…»
По сути, Silence = Death — это блестящая историческая реконструкция той самой осады. Трейс Поуп делает хитрый ход: он показывает события глазами самого Фаучи, который меньше всего на свете хочет, чтобы прожекторы протеста высветили его персону. Параллельно мы наблюдаем за «кухней» восстания — как Питер и компания планируют свою атаку. И, конечно, третья линия, от которой щемит сердце: Джейми и его партнер Патрик. Патрик умирает от СПИДа, пытаясь просто пережить еще один день, пока Джейми надеется передать Фаучи свое послание. Это личное, болезненное и невероятно честное кино.
С технической точки зрения Поуп — просто красавец. У него был доступ к часам архивных записей того дня (настоящий клад для киномана!), и он мастерски, словно опытный диджей, миксует хронику со своими постановочными кадрами. Обычно такие склейки в кино выглядят как заплатки на старом пальто, но здесь всё работает на саспенс, подводя нас к кульминации — напряженной конфронтации с Самим.
Говоря о Silence = Death, Поуп не скрывает, что снимал не просто пыльный музейный экспонат. Он проводит жирную красную черту к нашему времени. Режиссер указывает на прекращение грантов NIH, связанных с PrEP и PEP, 19 марта 2025 года. Он называет это «тревожным эхом» безразличия 80-х и опасным тормозом на пути к вакцине. Поуп, по сути, берет нас за грудки и говорит: «Смотрите, цикл повторяется!». Активизм против системы, цена самоуспокоенности и необходимость свидетельствовать о выживании квир-людей — темы, увы, вечные, как произведения Шекспира.
В итоге Silence = Death делает именно то, ради чего вообще стоит брать камеру в руки. Фильм просвещает (признаюсь, я и сам не знал всех деталей этого штурма), показывает драму без лишних соплей и, наконец, задает неудобный вопрос прямо в лоб: «А что мы делаем сегодня, кроме того, что лайкаем посты?».
