Представьте себе картину: серый, продуваемый всеми ветрами февральский Берлин, где запах карривурста смешивается с ароматом отчаяния и дорогих одеколонов. Именно сюда, к зданию Gropius Bau, сейчас стягивается американский десант продюсеров и закупщиков. Они голодны, они злы, и они ищут «движуху».
Почему? Да потому что прошедший «Сандэнс» оказался милым, но до зевоты спокойным — как пенсионер на курорте. Единственным развлечением там стала ностальгия по Парк-Сити (который фестиваль покинет ради Колорадо в 2027-м, так что успейте попрощаться с лыжными шапочками). Но рынок не терпит пустоты, и все надежды теперь возложены на European Film Market (EFM).
Главный трофей «Сандэнса» уже ушел с молотка: студия A24, эти хипстеры от мира большого кино, выложили более 10 миллионов долларов за The Invite. Это третья режиссерская работа Оливии Уайлд. Да-да, той самой Оливии, чья личная жизнь и скандалы с заправкой для салата еще недавно интересовали публику больше, чем ее фильмы. Но теперь у нее в обойме Пенелопа Крус, Эдвард Нортон и Сет Роген — тяжелая артиллерия, против которой не попрешь. FilmNation уже распродали права почти везде, так что в Берлине будут доедать остатки пирога.
Тем временем ребята из Neon (те самые, что привезли нам «Паразитов» и доказали, что субтитры — это сексуально) продолжают гнуть свою линию. Они везут в Европу Leviticus — австралийский квир-хоррор Адриана Кьяреллы. Схема у Neon отработана годами: купить что-то дикое на «Сандэнсе», а потом продавать международные права в Берлине, пока хайп не остыл. Так было с фильмами Содерберга, так будет и сейчас.
А что же сценарии? О, это отдельный круг ада. За две недели до рынка «пакетов» с готовыми проектами было не сыскать, и вот сейчас, в последнюю минуту, на закупщиков обрушилась лавина текстов. Представьте, каково это — читать сотни страниц за ночь, пытаясь угадать будущий хит. Среди этой макулатуры сияет триллер Sweat от AGC Studios. Это ремейк польского фестивального хита, и главную скрипку там играет Ана де Армас. Девушка, пережившая превращение в Мэрилин Монро и роман с Беном Аффлеком, теперь будет потеть в кадре ради искусства. Продано!
Вообще, Берлинале-2025 задает больше вопросов, чем дает ответов. Чего хочет зритель? (Кроме того, чтобы от него отстали). Снизятся ли бюджеты до адекватных цифр? Спасут ли стриминги кинопрокат или окончательно его добьют? Вопросы риторические, но оптимисты кивают на успех The Housemaid — триллера с Сидни Суини, который собрал в мире 331 миллион долларов. Оказывается, если снять красивых людей в красивом доме и добавить саспенса, люди все еще готовы платить за билет. Шок-контент.
На арену выходят и новые игроки. Независимые дистрибьюторы плодятся как грибы после дождя: Row K, Black Bear, 101 Studios… Все они обещают наполнить рынок «коммерческим продуктом». Звучит как маркетинговая мантра, но, черт возьми, нам это нужно. Триша Таттл, новый директор Берлинале, зовет всех «погреться у костра кинематографа». Поэтично, правда? Главное, чтобы в этом костре не сгорели деньги инвесторов.
Кстати, о деньгах и монстрах. Корпоративная драма вокруг Warner Bros Discovery (WBD) по накалу страстей уделывает любой сериал HBO. Совет директоров согласился на сделку с Netflix за 82,7 миллиарда долларов (да, стриминг покупает мейджора, добро пожаловать в киберпанк), хотя Paramount машет чеком на 108 миллиардов. Как это слияние ударит по независимому кино? Никто не знает, но все нервно курят.
Стюарт Форд из AGC Studios, человек, который, кажется, умеет находить деньги даже в вакууме, спокоен как удав. «Хаос — это лестница», — мог бы сказать он, цитируя Мизинца из «Игры престолов». Форд уверен: пока гиганты дерутся, независимые студии могут урвать куски пирога. В его планах — съемки Sweat и запуск Phantom Son с Рене Зеллвегер (Бриджит Джонс в триллере — почему бы и нет?).
Ему вторят новички из Manifest Pictures. Иветт Чжуан и Зак Глюк обещают быть «трезвыми людьми» в этой индустрии грёз. «Мы не хотим быть убийцами мечты», — говорят они. Звучит как тост на поминках, но в бизнесе, где каждый второй обещает золотые горы, немного трезвости не помешает. Они верят, что международные закупщики спасут мир, пока американские студии играют в «ждунов».
И, конечно, Bleecker Street. Эти ребята не ждут у моря погоды, а покупают фильмы еще на стадии эмбриона. В их корзине уже лежит Victorian Psycho с Майкой Монро (королевой крика, за которой, как мы помним, «оно» ходит по пятам). «Мы уже запаслись фильмами на 2026 год», — хвастаются они. Вот это я понимаю — планирование горизонта.
В общем, Берлин ждет. Будет холодно, будет дорого, будет много кофе и еще больше разговоров о том, что кино умирает. Но мы-то знаем: пока кто-то готов выложить миллионы за двухчасовую историю с попкорном, этот цирк будет продолжаться. Занимайте места!
