Двойной удар по памяти: От мелодраматических слез до параноидального триллера

Приветствую, мой проницательный друг! Устраивайся поудобнее, сегодня у нас в меню блюдо, которое подают холодным, — амнезия. Да-да, этот старый добрый сценарный костыль, на котором хромает половина мирового кинематографа. Но не спеши закатывать глаза, как старшеклассница на уроке литературы! Мы поговорим о двух фильмах, где потеря памяти — это не просто повод забыть купить молоко, а двигатель сюжета. Один — черно-белая классика с ароматом нафталина и духов, другой — суровый триллер эпохи, когда усы Джорджа Пеппарда еще не стали достоянием «Команды А». Погнали?

Эпистолярный роман под диктовку Айн Рэнд

Начнем с Love Letters (1945). Представь себе: Вторая мировая. Солдат Аллен Квинтон — его играет наш любимый Джозеф Коттен (тот самый, что вечно был на подхвате у Орсона Уэллса в «Гражданине Кейне») — пишет за своего туповатого сослуживца Роджера письма девушке Виктории. Ну, чистый Сирано де Бержерак в шинели! Виктория, которую играет Дженнифер Джонс, естественно, влюбляется в слог, думая, что это душа Роджера.

Ирония судьбы: сценарий к этому действу написала не кто иная, как Айн Рэнд. Да-да, та самая железная леди объективизма, автор «Атлант расправил плечи». Видимо, даже у идеологов эгоизма бывают приступы сентиментальности. Получился странный коктейль из классической пьесы Ростана и Random Harvest, хотя до высот последнего фильм, увы, не дотягивает. 🎭

Сюжет делает кульбит: свадьба с «не тем» парнем, трагедия, и — бац! — Виктория получает амнезию. Теперь она помнит только имя «Синглтон». А Аллен после войны страдает от того, что сейчас модно называть ПТСР, и встречает эту загадочную Синглтон. Первая половина фильма — это чистая магия нуара и мелодрамы, но потом всё скатывается в детектив категории «Б»: кто убил, зачем убил, и почему никто не может просто поговорить друг с другом?

Пара слов об актерах: Дженнифер Джонс здесь на удивление сдержанна. Обычно она любила, знаешь ли, поддать истерики (вспомни «Дуэль под солнцем»), но тут — сама кротость. А вот Коттен… Этот парень — якорь всего фильма. Забавно, что роль Аллена сначала предлагали Грегори Пеку, но тот отказался. И слава богу! Пек был бы слишком героичен, а у Коттена есть эта мягкая, интеллигентная грусть человека, который всё понимает, но ничего не может изменить.

Кстати, фильм получил четыре номинации на «Оскар». И я всегда испытывал какую-то порочную слабость к тому, как Голливуд 40-х изображал Англию. Этот искусственный туман, эти студийные декорации… В Love Letters оператор Ли Гармс (мастер света и тени!) создал картинку настолько уютную, что в неё хочется завернуться, как в плед.

Шпионы, камеры и Джордж Пеппард без сигары

А теперь перенесемся в 1972 год. The Groundstar Conspiracy. Совсем другое кино, друг мой. Секретный объект взрывается, выживает только один парень (Майкл Саразин), который — сюрприз! — ничего не помнит. За дело берется следователь Туксан в исполнении Джорджа Пеппарда.

Если ты помнишь Пеппарда только как улыбчивого красавчика из Breakfast at Tiffany’s, забудь. Здесь он играет настоящего мерзавца. Его герой Туксан — это воплощение государственной машины: циничный, жесткий, готовый на всё ради информации. Он даже скрытую камеру в спальню ставит, чтобы шпионить за интимной жизнью подозреваемого. В 70-е это выглядело шокирующе, а сегодня… ну, мы все носим такие камеры в карманах, правда?

Фильм пытается играть на поле паранойи, как великий The Conversation Копполы, но, будем честны, остается добротным развлекательным триллером. Это одна из тех лент 60-х–70-х вроде Mirage или Mister Buddwing, где герой весь фильм не понимает, кто он такой. Саразин тут выступает в роли классического хичкоковского МакГаффина — он не столько персонаж, сколько объект, вокруг которого все бегают.

Что интересно: несмотря на вторичность, финальный твист работает! Это редкость. Обычно, когда нам полтора часа морочат голову тайной, разгадка вызывает желание швырнуть попкорн в экран. А тут — нет, всё сходится с приятным щелчком затвора пистолета.

Я впервые увидел этот фильм по телевизору в 70-х. Сюжет выветрился из головы (какая ирония, да?), но начальная сцена перед титрами врезалась в память навсегда. Она длинная, тягучая, странная — сейчас так уже не снимают, клиповое мышление победило.

Вердикт

Так что же выбрать? Если тебе хочется старой доброй голливудской сказки, где даже амнезия выглядит элегантно, как шляпка Дженнифер Джонс, — включай Love Letters (1945). А если настроение требует паранойи, жестоких мужчин в костюмах и атмосферы Холодной войны — The Groundstar Conspiracy (1972) твой выбор. Оба фильма — отличные примеры того, как кино умеет играть с нашей памятью, пока мы, зрители, добровольно позволяем себя обманывать. Разве не за это мы его и любим?