Канада — это вам не только Джастин Трюдо в игривых носках и вежливые конные полицейские, извиняющиеся перед тем, как вас арестовать. О нет, друзья мои. Эта страна, подобно своим колониальным кузенам — Австралии и Британии — обладает удивительным талантом: с нежностью, достойной лучшего применения, высмеивать свои самые странные, бедные и откровенно бредовые субкультуры. Знаете, тот самый сорт «белого мусора», который вызывает одновременно оторопь и странное чувство родства.
Однако у канадцев этот специфический вкус часто обретает форму либо роуд-муви, либо псевдодокументалистики. А иногда — о ужас! — и того, и другого сразу.
Хроники канадского дна
Вот уже полвека, с завидной регулярностью раз в десятилетие, на нас сваливается очередной шедевр этого «хозер-жанра» (от сленгового hoser — неудачник, провинциал). В 70-х Дон Шебиб выдал неоспоримую классику Goin’ Down the Road. В 80-х Боб и Даг Маккензи взорвали экраны лентой Strange Brew (Приключения Боба и Дага МакКензи: Странное варево), превратив свои скетчи в культовый феномен — помните Рика Мораниса? То-то же. 90-е подарили нам панк-рок сюрреализм Брюса Макдональда в Hard Core Logo (Эмблема тяжелого рока), а начало нулевых ознаменовалось хитом Майкла Дауса Fubar, породившим кучу сиквелов про металлистов-неудачников. Даже в 2010-х Мэтт Джонсон не удержался и снял мрачный, но гомерически смешной The Dirties.
И заметьте, дорогие мои, до сих пор это была исключительно территория мужчин. Вечных мальчиков, застрявших в пубертате. Но время не стоит на месте! В фильме Tracy & Martina Goin’ Out West (Трейси и Мартина едут на Запад) дамы наконец-то выходят в свет софитов, чтобы забрать свой кусок славы. И делают они это, скажем прямо, с грацией слона в посудной лавке, но с каким шармом!
Звезды подвального гламура
Познакомьтесь с Трейси и Мартиной. Эти две стареющие школьные оторвы годами сплетничали о соседях, потягивая дешевое белое вино и выдохшиеся коктейли «Цезарь» (это как «Кровавая Мэри», только с моллюсками, не спрашивайте), сидя в недостроенных подвалах Кейп-Бретона. И вот, о чудо, они нащупали успех! «75 000 просмотров на YouTube, детка!» — кричат они, размахивая накладными ногтями.
Их жизнь — это бесконечная череда вечеринок, владения ротвейлерами, стирки в бетонных катакомбах и покупки лотерейных билетов. Их вселенная вращается вокруг Дня большого мусора и обналичивания чеков по безработице. Эти леди способны найти скандал даже в пустой комнате, а если одной из них нет рядом — о, держитесь, вторая тут же переключится на подругу. Им абсолютно плевать на приличия. Любое внимание для них — это хорошее внимание, даже если они просто кормят уток в парке способом, который заставил бы покраснеть даже бывалого орнитолога.
Турне на выживание
Сюжет? О, он здесь чисто номинальный, как и бюджет фильма. С планированием, граничащим с безумием (что, кстати, иронично отражает процесс создания самой картины), парочка решает отправиться в турне. Финансирование? Сдача пустых бутылок в переработку. Багаж? Зачем тратиться на Louis Vuitton, когда есть пакеты из супермаркета Sobeys? Трансфер? Они бросают раздолбанную машину Трейси в канаве у аэропорта Сиднея (нет, не того, что в Австралии, а в Новой Шотландии), потому что платить за парковку — это для богатых идиотов.
Они летят в Калгари, Альберта, чтобы дать три живых шоу, прихватив с собой оператора (он же реальный режиссер Брендан Ланжель Лайл). Бедный парень присутствует в кадре не только ради контента, но и как психотерапевт поневоле. Если присмотреться, можно увидеть его отражение в окне или услышать, как он уговаривает одну из див не сходить с ума, просто чтобы самому поспать хоть часок на полу в отеле.
Магия дешевой косметики
Грег Варди и Джастин Уильямсон (да-да, за слоями штукатурки скрываются настоящие мастера перевоплощения) шлифовали образы Мартины и Трейси больше десяти лет. Юмор здесь строится на наблюдениях за жителями их родных городков. Их акценты, интонации, то, как они произносят имена друг друга — это винтажный приморский шик, поданный в расслабленной, импровизационной манере.
Дьявол кроется в деталях: розовая сумка Мартины из кожзама с потертой ручкой или ядерное комбо бровей и теней Трейси делают персонажей мгновенно узнаваемыми и иконическими. Конечно, знание их предыстории (подкасты, соцсети) не помешало бы, но химия между дуэтом работает и так. Они настолько отточили свое мастерство, что снимали фильм буквально в перерывах между реальными гастролями. Это тот самый партизанский кинематограф, который греет душу.
Эстетика катастрофы
Tracy & Martina Goin’ Out West — это яркая, истеричная, но удивительно небрежная череда девичьих разборок, снятая дрожащей камерой с зумом в стиле мокьюментари. Представьте себе: неопытные путешественники без денег пытаются выжить, но ни за что не признаются, что понятия не имеют, что творят. Гордыня, импульсивные траты с кредиток, паника и чрезмерно подробные процедуры ухода за собой — все это специфически канадское, но в то же время универсальное. Это как смотреть на аварию на обочине: ужасно, но оторваться невозможно.
Одна из негласных миссий Трейси и Мартины — разнести в пух и прах любые «открыточные» представления о Канаде. Забудьте о горах и озерах. Добро пожаловать в дешевые мотели, на парковки стрип-моллов с кучами грязного снега и в бетонные закоулки, где курильщики собираются, чтобы «пыхнуть дротиком» (chuff a dart). И это прекрасно! Фильм выигрывает за счет языка тела и пассивно-агрессивной динамики, которая, если честно, является самым канадским качеством из всех возможных.
Мир велик ровно настолько, насколько позволяет ваше воображение, а Трейси и Мартина преуспели в том, чтобы сделать свой мир максимально тесным. Их комично мелкие ставки кажутся им (а значит, и нам) огромными. Наблюдая, как они пробиваются через череду финансовых неудач шоу-бизнеса, бесконечно болтая и прихорашиваясь, понимаешь, насколько прав был старик Т.С. Элиот: «И концом всех наших странствий будет прибытие туда, откуда мы начали, чтобы познать это место впервые». В конце концов, жители Приморья всегда возвращаются домой — на знакомые улицы, чтобы разделить с друзьями местную пиццу. И, возможно, бутылочку чего-нибудь покрепче.
