Рейтинг: 5 из 5 (и ни баллом меньше, господа).
Нам, труженикам пера и рыцарям пресс-показов, принято навязывать некий обет безбрачия с реальностью. Мол, критик обязан сохранять олимпийское спокойствие, быть беспристрастным, как швейцарский банк, и ни в коем случае не проецировать свои политические взгляды на экранное полотно. Но будем честны: когда мир за окном трещит по швам, а новостная лента напоминает сценарий фильма-катастрофы, сохранять «объективность» становится задачей для святых или безумцев. В свете того бедлама, что творится сегодня в Штатах (да и везде, чего уж там) — с социальными переломами и уличным насилием — просмотр One Battle After Another (Одной битвы за другой) превращается в опыт, мягко говоря, неуютный. Словно сидишь на еже.
Весь фокус — в парадоксальности этой картины. Пол Томас Андерсон, этот хитроумный лис современного кинематографа, вроде бы и открещивается от прямых политических манифестов, но игнорировать контекст здесь так же невозможно, как слона в посудной лавке. Он не сводит своих героев к ходячим лозунгам, нет. Он делает страшнее: стирает грань между уютным вымыслом и той реальностью, от которой нам всем иногда хочется спрятаться под одеяло. One Battle After Another не просто существует в моменте — он сталкивается с ним лбами. Это не зеркало, это пощечина.
Сюжет? О, здесь у нас целая россыпь бывших революционеров. Группировка с романтичным названием «French 75» (звучит как коктейль, а на деле — коктейль Молотова) — это закаленные идеалисты, ввязавшиеся в войну с государственной машиной ради освобождения иммигрантов из центра «Altea Mesa». И вот тут начинается самое интересное.
В центре заварушки оказывается Перфидия Беверли-Хиллз, которая попадает в поле зрения полковника Стивена Дж. Локджоу. Его играет Шон Пенн. И, боже мой, что это за роль! Мы привыкли видеть Пенна в образе бунтаря, готового разнести все в щепки, но здесь… Его Локджоу развивает к героине одержимость такой силы, что она буквально плавит его военную выдержку. Позволив ей сбежать, он заключает сделку с совестью — момент настолько гнилой и человечный одновременно, что хочется аплодировать стоя.
Перематываем пленку на шестнадцать лет вперед. Перфидия родила дочь, Уиллу, но воспитывает её наш старый знакомый Боб Фергюсон, он же Гетто, он же Пэт Калхун. В этой роли — Леонардо ДиКаприо. Лео, кажется, достиг той стадии просветления, когда может сыграть телефонный справочник и получить за это статуэтку. Здесь он играет отца-одиночку, который полтора десятилетия старательно заметал следы своего радикального прошлого, наивно полагая, что эта глава закрыта. Ага, как же. Прошлое — дама навязчивая, она всегда возвращается, причем без звонка.
Когда призраки былых дней всплывают на поверхность, начинается не просто погоня, а настоящая экзистенциальная гонка на выживание. Уилла, бедное дитя, даже не подозревает, какие тектонические плиты сдвигаются вокруг её персоны, становясь эмоциональным якорем этой истории о наследственности и фиксации.
Надо отдать должное Андерсону: как бы ни вилял сюжет, оторваться невозможно. Но, положа руку на сердце, именно актерский ансамбль превращает хорошее кино в выдающееся. Тейана Тейлор, Реджина Холл, Бенисио дель Торо — все работают с хирургической точностью. Бенисио, как всегда, излучает уверенный контроль, будто он единственный взрослый в комнате.
Однако Шон Пенн здесь стоит особняком. Его полковник Локджоу — это не привычная нам экспрессия, а пугающая сдержанность. Он создает образ, который проникает вам под кожу и остается там жить даже после финальных титров. Это тот уровень мастерства, когда актер крадет ваше внимание, почти ничего не делая. Магия, не иначе.
Тейана Тейлор в роли Перфидии — отдельный разговор. Если у вас были какие-то ожидания, забудьте их. При скромном хронометраже она умудряется создать такую гравитацию, что её отсутствие в кадре ощущается физически. Неудивительно, что наградные комитеты уже потирают руки.
Ну и ДиКаприо. Лео снова демонстрирует, почему он один из самых гибких актеров поколения (и это не комплимент его йоге). Его персонаж, раздробленный между старыми кличками и новой жизнью, — это фундамент эмоциональной конструкции фильма. Никакого самолюбования, только чистое служение истории.
В сухом остатке: Пол Томас Андерсон выдал, пожалуй, самую мощную картину года. One Battle After Another — это амбиции, помноженные на дисциплину. Фильм не диктует мораль, не делит мир на черное и белое (хотя соблазн велик). Он задает неудобные вопросы о том, как далеко может зайти проблема иммиграции, как она ломает или, наоборот, закаляет жизни. Это кино не для попкорна. Это кино для разговора на кухне до утра, когда вино уже закончилось, а мысли — нет. Андерсон доверяет своему зрителю, полагая, что мы достаточно умны, чтобы самим найти ответы. И за одно это доверие ему уже можно простить всё.
🤩 Смотреть обязательно. И не говорите потом, что я вас не предупреждал.
