Дэниел Кван, этот неугомонный гений и половина режиссерского дуэта The Daniels, которые совсем недавно перевернули наш мир (и наши вестибулярные аппараты) своим оскароносным безумием Everything Everywhere All at Once, снова в строю. И, знаете, у него накопилось немало слов на тему искусственного интеллекта. Столько, что хватило бы на манифест.
В январе он, вместе со своим верным соратником Дэниелом Шайнертом и продюсером Джонатаном Вангом, вернулся на место преступления — на фестиваль «Сандэнс». Но не с пустыми руками, а с премьерой документалки The AI Doc: Or How I Became an Apocaloptimist. Да-да, «апокалиптимист» — звучит как диагноз, который мы все заслужили в 2024 году.
В перерывах между светскими раутами и, вероятно, попытками осознать бытие, Кван заглянул в отель Pendry Park City, чтобы возглавить панель с зубодробительным названием «ИИ и независимое кино». Компанию ему составили разношерстные персонажи: от Джозефа Гордона-Левитта (помните этого парня, который когда-то бегал по стенам в Inception, а теперь рассуждает о будущем человечества?) до продюсера Джанет Янг. Разговор обещал быть серьезным, но Кван, как всегда, добавил перца.
Осторожно: ностальгия как ловушка
Перед тем как нырнуть в пучину цифрового пессимизма, Кван позволил себе минутку сентиментальности. Десять лет назад они с Шайнертом дебютировали на «Сандэнсе» с фильмом Swiss Army Man. Помните? Это тот самый шедевр, где Дэниел Рэдклифф играет пукающий труп, который оказывается полезнее швейцарского ножа. Тогда это казалось верхом абсурда, а сегодня — почти классика. «Десять лет — это дикость», — вздохнул Кван.
И тут же, словно очнувшись, выдал предупреждение, от которого у любителей постить фоточки в соцсетях должен пробежать холодок по спине. Речь о том тренде, когда все выкладывали свои фото из 2016 года. «Я много думал об этом, — сказал он, прищурившись. — Кстати, не делайте этого. Серьезно. Вы просто тренируете их машины, показывая, как стареют люди. Прекратите это. Перестаньте скармливать себя алгоритмам, окей? Будьте осторожнее».
Звучит как паранойя? Возможно. Но когда это говорит человек, получивший «Оскар» за фильм о мультивселенной, начинаешь невольно прикрывать веб-камеру изолентой.
Мы — сопутствующий ущерб
Кван не шутил. В течение получаса он проповедовал осторожность и бдительность с пылом ветхозаветного пророка, случайно попавшего в Кремниевую долину. Главный посыл: мы находимся в переходном периоде, старый мир рушится, а новый еще не построен, и мы, дорогие мои, — просто щепки, летящие при рубке леса. «Мы не готовы к этому, и мы — сопутствующий ущерб», — констатировал режиссер без обиняков.
«Что-то заканчивается, — философски заметил он, — но это значит, что грядет что-то иное. Нам нужно оплакать старое, но защитить то, что действительно важно. Что мы можем сохранить? За что стоит бороться? Какие семена посадить для следующего мира?» Согласитесь, звучит куда поэтичнее, чем сухие отчеты технократов.
Одним из таких «семян» и стал фильм The AI Doc, который выйдет 27 марта. Кван обещает, что там будут все главные лица индустрии и разбор полетов. Но вот ирония судьбы: сам он уже жалеет, что ввязался в это.
Энтропия и сожаления
«Честно говоря, меня уже тошнит от разговоров об ИИ. Кого еще тошнит? — спросил он зал, и, уверен, многие мысленно подняли руки. — Каждый второй месяц я жалел, что согласился на этот проект». Проблема, по мнению Квана, не в технологии — она, как молоток, может и дом построить, и пальцы переломать. Проблема в человеческой натуре и старой доброй энтропии. «Ломать — не строить», — напоминает нам Кван, и сейчас ломать стало подозрительно легко.
Искусственный интеллект, по его словам, проводит жирные линии поперек всех стен, которые Голливуд возводил последние сто лет. Трудовое право, институты, системы — всё трещит по швам. «Нам нужно объединиться, — призывает он. — Это ситуация аврала. Как представить мир, где этот инструмент не враг, а способ трансформировать нашу индустрию? Давайте будем честны, наша индустрия далеко не идеальна».
Оргия без стоп-слова
Но самый смак Кван приберег напоследок. Момент, который заставил сотню гостей в зале хохотать (нервно, но громко), — это его аналогия отношений с техногигантами. И тут, друзья, уберите детей от экранов, потому что метафора вышла… пикантной.
«Это грубо, но запоминается, — начал Кван, хитро улыбаясь. — Мы все тут секс-позитивные люди, верно? Так вот, представьте, что у вас отношения. Партнер вроде любящий, все отлично, но с коммуникацией у него беда. И вдруг он заявляет: «Эй, мы устраиваем оргию! Я позову кучу народу. Здорово, да?»».
Вы, естественно, в панике: «Погоди-ка. Кто придет? Какие правила? Какое стоп-слово?». А партнер отмахивается: «Нет-нет-нет, ты посмотри, какие у нас игрушки! Мы устроим настоящее подземелье!».
«Вот так, — подытожил Кван под взрыв хохота, — индустрия технологий выглядит для большинства членов съемочных групп». И знаете что? Точнее и не скажешь. Похоже, нас всех пригласили на вечеринку, забыв спросить, хотим ли мы в ней участвовать, и где, черт возьми, выход.
