Мои дорогие любители высокогорного безумия и комфортных диванов, держитесь за свои кашемировые пледы. Пока мы с вами жалуемся на сквозняк в квартире, ребята из Купертино решили, что им мало просто продавать нам телефоны по цене подержанного автомобиля. Apple, эти технологические эстеты, только что выложили кругленькую сумму за мировые права на документальный триллер The Last First: Winter K2 (или «Последний первый», если переводить без изысков), который только что отгремел на «Сандэнсе».
За проектом стоят студии Propagate, Ventureland и Object Studios, но давайте честно: нас интересует не корпоративная возня, а человеческая драма. А драмы там, поверьте, больше, чем в семейных разборках клана Борджиа.
Режиссер Амир Бар-Лев — человек, который умеет копать глубоко, — на этот раз замахнулся на «последний великий приз альпинизма». Зимнее восхождение на К2. Если вы думали, что стоять в очереди за новым айфоном на морозе — это испытание, то представьте себе К2 зимой. Это не гора, это ледяная мясорубка с характером капризной примадонны. Экспедиция 2021 года, ставшая основой фильма, закончилась трагедией: пятеро погибших. Пятеро! И это не спойлер, это печальная статистика, которую знают все, кто хоть раз открывал новости альпинизма.
Но Бар-Лев не был бы собой, если бы снял просто очередную героическую сагу о преодолении. О нет. Он фокусируется на исландце Джоне Снорри Сигурджонссоне и пакистанском дуэте отца и сына — Али и Саджиде Садпара. Они хотели истории. Они хотели стать первыми.
А теперь — вишенка на этом ледяном торте. Знаете, кого они встречают на склоне? Инфлюенсеров! Да-да, блогеров с их съемочными группами. Представьте: вы висите над пропастью, легкие горят огнем, а рядом кто-то пилит сторис для подписчиков. 🤳 Это уже не просто альпинизм, это какая-то сюрреалистическая ярмарка тщеславия в «зоне смерти». Там же, кстати, засветился и Нимс (Нимсдай Пурджа) — та самая непальская рок-звезда от альпинизма, который щелкает восьмитысячники как орешки (вспомните его 14 Peaks на Netflix). Его команда шерпов там тоже играет не последнюю роль.
Фильм, по сути, препарирует современный альпинизм скальпелем социолога. Коммерциализация, классовое расслоение, социальные сети… Это как если бы Карл Маркс решил написать «Капитал», сидя в базовом лагере под лавиной. Богатые туристы, бедные шерпы и вездесущий Instagram — гремучая смесь.
Продюсерская команда тут такая, что в титрах можно заблудиться: Шон Ричард, Джон Баттсек (человек-легенда в мире доков) и целая армия исполнительных продюсеров. Но Apple знает, что берет. Эти ребята сейчас в гонке за наградами с фильмом Come See Me In the Good Light, который они выудили на «Сандэнсе» еще в 2025 году (да, время летит). А до этого были Still: A Michael J. Fox Movie и Boys State. У «яблочников» определенно есть нюх на слезу и социальный нерв.
Кстати, сам фестиваль «Сандэнс-2026» пока идет со скрипом, как старая телега. Сделок кот наплакал. Пока все сидят, зажав кошельки, Apple делает ход конем. Из других новостей: Neon прибрал к рукам квир-хоррор Leviticus (звучит интригующе, не так ли?), а A24 забрали The Invite Оливии Уайлд. Но именно The Last First выглядит как тот самый тяжеловес, который заставит нас всех прилипнуть к экранам.
Сделку, к слову, провернули ребята из Cinetic. Молодцы, что тут скажешь. Продать историю о холоде и смерти в теплые объятия стриминга — это тоже своего рода искусство.
