Давайте честно, друзья мои: кинопроизводство — это не магия, а хорошо организованная истерика. Это когда режиссер орет на оператора, продюсер считает убытки от каждого лишнего дубля, а сценарист в углу тихо спивается. Обычно все молятся, чтобы просто не пошел дождь. Но иногда вмешивается та самая, с косой. И вот тут начинается настоящий нуар.
Представьте: вы снимаете шедевр, бюджет трещит, дедлайны горят, и вдруг главная звезда решает, что это отличный момент, чтобы отправиться в мир иной. Трагедия? Безусловно. Но для студии это еще и логистический кошмар. Что делать? Закрывать лавочку? Ну уж нет, шоу маст гоу он, как пел один великий усач. В ход идут дублеры, компьютерная графика, переписывание сценария на коленке и цинизм 80-го уровня. Я собрал для вас дюжину случаев, когда смерть актера не остановила камеру. Наливайте чай (или что покрепче), будет страшно интересно.
Гигант (Giant)
Джеймс Дин. Икона, бунтарь и человек, который жил так быстро, что смерть просто устала за ним бегать и подставила подножку. Он успел сняться всего в трех больших фильмах, и два из них вышли, когда Дин уже беседовал с апостолом Петром. Giant — это техасский эпос, где Дин был великолепен. Он, к счастью, успел отыграть почти все сцены перед той роковой поездкой на своем «Порше». Но вот незадача: на постпродакшене выяснилось, что часть реплик звучит так, будто их произносят из бочки. Обычно актера зовут в студию на переозвучку, но вызывать духов тогда еще не научились. Решение? Режиссер Джордж Стивенс позвал Ника Адамса, приятеля Дина, и тот договорил за него. Так что в финальной версии мы слышим голос призрака в исполнении его друга. Ирония судьбы, достойная греческой трагедии.
Мозговой штурм (Brainstorm)
Натали Вуд. Ах, эта женщина с глазами олененка Бэмби. Ее уход — одна из самых мрачных загадок Голливуда, почище любого фильма Хичкока. 1981 год, съемки фантастики про чтение мыслей. Вуд отправляется на яхту с мужем Робертом Вагнером и партнером по фильму Кристофером Уокеном (да-да, тем самым, который может сыграть психопата одним движением брови). Ночью она падает за борт и тонет. Несчастный случай? Убийство? Спорят до сих пор. Студия MGM в панике хотела закрыть проект, получив страховку, но режиссер Дуглас Трамбулл уперся рогом. Сцены переписали, дублерш поставили спиной к камере, и фильм вышел. Смотреть его сейчас — все равно что заглядывать в бездну.
Все псы попадают в рай (All Dogs Go to Heaven)
А вот тут, простите, ком в горле. Джудит Барси, девочке, подарившей голос сиротке Энн-Мари, было всего 11 лет. Талантливейший ребенок, голос Уточки из The Land Before Time. Ее убил собственный отец. Это настолько чудовищно, что даже циникам вроде меня хочется выть на луну. Джудит успела записать все реплики, но фильм был анимационным, и художникам приходилось рисовать персонажа, слушая голос уже погибшего ребенка. Дон Блут, режиссер, признавался, что аниматоры просто рыдали над планшетами. Этот мультфильм — памятник маленькому ангелу, который ушел слишком рано.
Форсаж 7 (Furious 7)
Франшиза, где законы физики вышли в окно еще в третьей части, столкнулась с реальностью самым жестоким образом. Пол Уокер, человек с улыбкой калифорнийского серфера, разбился на машине. Ирония, от которой хочется скрипеть зубами: звезда фильмов о гонках погибает в пассажирском кресле. Съемки встали. Но Universal — это вам не богадельня, это бизнес. Режиссер Джеймс Ван провернул настоящий фокус: позвал братьев Пола, Калеба и Коди, нацепил на них датчики, и мастера из Weta Digital (те самые, что рисовали Голлума) нарисовали лицо Пола поверх. Результат? Полтора миллиарда сборов и сцена прощания, на которой плакали даже суровые мужики в наколках.
Воображариум доктора Парнаса (The Imaginarium of Doctor Parnassus)
Хит Леджер был на пике. Он только что выдал такого Джокера, что Джек Николсон нервно закурил в сторонке. И тут — передозировка. Терри Гиллиам, режиссер с кармой, испорченной, видимо, в прошлой жизни (у него вечно все идет наперекосяк), снимал The Imaginarium of Doctor Parnassus. Леджер успел сыграть только треть. Гиллиам не растерялся и превратил баг в фичу. Раз герой путешествует по зазеркалью, пусть его внешность меняется! На помощь пришли друзья Хита: Джонни Депп, Джуд Лоу и Колин Фаррелл. Они доиграли роль, а гонорары отдали дочери Леджера. Тот редкий случай, когда голливудская солидарность — не пустой звук.
Шрек (Shrek)
Вы не поверите, но зеленый огр мог звучать совсем иначе. Изначально Шрека озвучивал Крис Фарли, звезда Saturday Night Live и человек-ураган. Он успел записать почти все диалоги, но сердце не выдержало коктейля из наркотиков. Ему было 33. Студия почесала затылок и позвала Майка Майерса. Тот посмотрел на сценарий и сказал: «А давайте он будет шотландцем?». Так родился тот Шрек, которого мы знаем. Версия Фарли была более уязвимой и мягкой, но Майерс добавил туда здорового цинизма. История не знает сослагательного наклонения, но послушать «фарелевского» Шрека было бы любопытно.
Соломон и царица Савская (Solomon and Sheba)
Тайрон Пауэр, красавец старой школы, умер прямо на съемочной площадке, во время сцены дуэли. Сердечный приступ. Ему было 44. Самое жуткое, что его отец умер точно так же — на руках у сына, на съемках, много лет назад. Словно какое-то семейное проклятие. Половина фильма была готова, но продюсеры решили не рисковать с дублерами и просто пересняли все с Юлом Бриннером. Да-да, тем самым лысым харизматиком из The Magnificent Seven. Хотя, если приглядеться, на общих планах в батальных сценах все еще бегает бедняга Пауэр. Привет с того света.
Полтергейст 3 (Poltergeist III)
Если вы верите в проклятия, то эта франшиза — ваш главный аргумент. Сначала убили Доминик Данн, игравшую старшую сестру. А во время триквела умерла Хезер О’Рурк, та самая девочка, которую засасывало в телевизор. Ей было 12 лет, врачебная ошибка, септический шок. Режиссер Гэри Шерман хотел все бросить к чертям, но студия MGM включила режим «ничего личного, только бизнес» и пригрозила иском. Финал переписали, девочку заменила дублерша, которую снимали со спины. Получилось кино, пропитанное не мистическим ужасом, а вполне реальным запахом смерти и корпоративной жадности.
Саратога (Saratoga)
Джин Харлоу. Платиновая блондинка, секс-символ 30-х, женщина-мечта. И вот, на съемках Saratoga она начинает чувствовать себя плохо. Врачи разводили руками, пока не стало поздно: отказ почек. Ей было 26. В эпоху до антибиотиков и диализа это был приговор. Харлоу умерла, не доснявшись. Студия хотела переснять фильм с другой актрисой, но фанаты устроили такой бунт, что боссы MGM испугались. В итоге Харлоу в кадре заменяли дублерши в широкополых шляпах и с биноклями у лица. Зрители валом пошли в кино, чтобы попрощаться с легендой. Самый кассовый фильм в ее карьере — посмертный.
Экспресс-лавина (Avalanche Express)
Роберт Шоу. Вы помните его как сурового капитана Квинта из «Челюстей», который скрежетал ногтями по доске. Актер мощный, но, скажем прямо, любивший заложить за воротник. На съемках шпионского боевика Avalanche Express творилась чертовщина. Сначала умер режиссер Марк Робсон (инфаркт). Фильм доделывал Монте Хеллман. А потом умер и сам Шоу — тоже сердце. Его персонаж должен был говорить по-русски (ну, как это представляют в Голливуде), но Шоу не успел озвучить роль. Пришлось звать имитатора. В итоге мы имеем фильм-призрак, созданный двумя покойниками.
Однажды на Диком Западе (Once Upon a Time in the West)
Серджио Леоне снимал вестерны так, как Микеланджело расписывал капеллы — эпично и жестоко. Эл Мулок, игравший одного из бандитов в открывающей сцене, выбросился из окна отеля в костюме своего персонажа. Самоубийство. И вот тут начинается легенда, от которой стынет кровь. Говорят, пока Мулока грузили в скорую, Леоне орал: «Снимите с него костюм! Нам еще дубли снимать, а дырку от пули в ткани потом не заштопаешь!». Правда или нет — кто знает, но звучит вполне в духе циничного спагетти-вестерна.
Дурная кровь (Dark Blood)
Ривер Феникс. Брат Хоакина, надежда поколения, Джеймс Дин 90-х. Хэллоуин 1993 года, клуб Viper Room, передозировка. Ему было 23. Фильм Dark Blood бросили на полку на 20 лет. Пленки пылились, пока режиссер Джордж Слёйзер (старый голландец с характером) не решил: «Какого черта?». В 2012 году он смонтировал то, что было, а недостающие сцены просто пересказал закадровым голосом. Семья Феникса, мягко говоря, была не в восторге и открестилась от проекта. Получился странный, рваный арт-объект, памятник несбывшимся надеждам.
Вот так, дорогие мои. Кино — искусство жестокое, оно консервирует время и людей, но плата за этот входной билет в вечность иногда непомерно высока. Берегите себя, и смотрите хорошие фильмы, пока мы все еще здесь.
