Лицо со шрамом… или с фильтром? Почему красота больше не спасет мир (и кино)
Мои дорогие, пока мы с вами гадаем, дадут ли «Оскар» очередному байопику о великом страстотерпце, в Роттердаме творятся дела куда более занятные. На 55-м Роттердамском кинофестивале (IFFR), где ветер с Северного моря обычно выдувает из головы последние мысли о коммерческом успехе, бразильский визионер Клебер Мендонса Филью решил устроить небольшую революцию. И, надо сказать, выбрал для этого идеальный момент.
Представьте картину: его свежий фильм The Secret Agent только что отхватил аж четыре номинации на «Оскар», включая «Лучший фильм». Казалось бы, сиди, пей шампанское и улыбайся голливудской улыбкой. Но нет! Клебер, этот неутомимый бунтарь, подаривший нам когда-то роскошный и дикий Bacurau, решил пройтись катком по святая святых индустрии — кастингу.
Во время публичной беседы Big Talk, где компанию ему составила умница Карла Симон (помните её знойный Alcarràs, где персики были слаще самой жизни?), бразилец заявил, что выбирать актеров по внешности — это, простите, прошлый век. Архаизм. Моветон.
«Это не про смазливые мордашки», — говорит он, и я почти слышу, как где-то в Лос-Анджелесе икает агент по кастингу, только что отправивший на пробы очередную копию молодого Брэда Питта. Клебер утверждает, что индустрия давит, требует «красивой картинки», подсовывает глянцевых персонажей, но он держится. «Иногда ты просто влюбляешься в актера на экране не потому, что он Аполлон, а потому, что он… ну, настоящий», — парирует режиссер. И ведь прав, чертяка! Вспомните хоть Стива Бушеми — красотой не блещет, а глаз не оторвать.
Дети индиго и дети «Инстаграма»
Но самое вкусное началось, когда разговор зашел о цветах жизни. О детях. Казалось бы, милейшая тема, но и тут наши герои нашли повод для экзистенциального ужаса. Оба режиссера обожают работать с непрофессионалами и детьми, потому что те «органічны». Карла Симон даже заметила, что рядом с детьми взрослые актеры перестают играть «по Станиславскому» и начинают просто жить, чтобы не выглядеть фальшивыми истуканами.
Однако Мендонса Филью подкинул ложку дегтя в эту бочку меда. Социальные сети, дамы и господа, добрались и до детских душ. Режиссер с содроганием вспомнил кастинг, где к нему пришел ребенок, который смотрел в камеру не как живой человек, а как… инфлюенсер. «Это был не просто ребенок, это был «телевизионный» ребенок, дитя интернета», — сокрушается Клебер. В его голосе сквозит та же боль, что и у Скорсезе, когда его спрашивают про фильмы Marvel. В итоге роль досталась мальчишке, который, видимо, еще не знал, как правильно выставлять свет для селфи, зато был живым и выразительным.
Карла Симон подлила масла в огонь историей, от которой мороз по коже. Представьте: кинопробы, семилетняя девочка указывает на другую малышку и ледяным тоном заявляет: «Это мой враг». Почему? Да потому что они постоянно сталкиваются на кастингах! Вы чувствуете этот дух конкуренции? Это уже не детство, это какой-то All About Eve в песочнице. «Поэтому я стараюсь не брать детей из агентств», — резюмировала Симон. И я ее понимаю: кому нужен семилетний маккиавелли на площадке? 😨
Вагнер Моура и армия из 60 голосов
Кстати, о взрослых. Клебер терпеть не может термин «непрофессиональные актеры». Для него это снобизм чистой воды. В его новом The Secret Agent около 60 человек со словами, и это настоящий винегрет из лиц, типажей и характеров. «Кино — это возможность показать лица, — говорит он, воспевая бразильское разнообразие. — У нас в Бразилии феноменальные лица!»
И тут на сцену выходит он — Вагнер Моура. Тот самый, что заставил нас сопереживать Пабло Эскобару в «Нарко» так, будто это наш родной дядюшка. В The Secret Agent он — главная скрипка, но, как утверждает режиссер, его «щедрость» на площадке заставила работать весь этот огромный ансамбль. Представляете? Звезда такого масштаба, вместо того чтобы требовать отдельный трейлер для своего эго, помогает новичкам. Вот это, я понимаю, старая школа.
Симон вторила коллеге: «Я никогда не работаю только с профессионалами». Она верит в «эмоциональную память», которая есть у каждого, будь ты хоть плотником, хоть балериной. И, глядя на их фильмы, понимаешь: может, и правда пора перестать искать идеальные профили и начать искать живые души? Хотя, боюсь, в Голливуде эту записку еще долго не прочитают.
Фестиваль IFFR продлится до 8 февраля, так что у нас еще есть время удивиться.
