Друзья мои, давайте начистоту: кинофестиваль «Сандэнс» — это то самое место, где замерзшие люди в пуховиках решают судьбы мирового кинематографа, отчаянно пытаясь согреться мыслью о грядущем шедевре. И вот, представьте себе картинку: субботний вечер, театр Eccles, набитый битком, как вагон метро в час пик, только вместо уставших клерков — голливудская элита. На сцену выходит Оливия Уайльд — та самая, что когда-то лечила волчанку (которой никогда не было!) под присмотром доктора Хауса, а теперь уверенно дирижирует съемочными площадками.
Зал взрывается. Нет, серьезно, овации длились несколько минут. Впрочем, на фестивалях хлопают даже телефонному справочнику, если его экранизирует инди-режиссер, но тут, похоже, дело было искренним. Оливия, сияя, как начищенный «Оскар», представила публике свою новую картину — The Invite («Приглашение»).
Ужин с придурками… или нет?
Сюжет, казалось бы, стар как мир и прост, как три копейки. Две пары встречаются за ужином. Одни — хрупкие, как китайская ваза в руках грузчика, вторые — влюбленные до неприличия. Всё действие происходит в одной локации. Чувствуете этот запах? Да-да, пахнет «Резнай» Романа Полански, только без выбитых зубов и хомяка. Уайльд, словно опытный хирург, препарирует отношения, вытаскивая на свет божий ревность, гнев, секс (куда же без него), депрессию и тот самый кризис среднего возраста, когда ты уже не молод, но еще недостаточно стар, чтобы всем было плевать на твое нытье.
Но вот что интересно: режиссер умудрилась обойти стороной набивший оскомину клише «пилящей жены». Аллилуйя! Каждый персонаж здесь глубже, чем Марианская впадина, и это, согласитесь, редкость в наши дни 🎬.
Актерский ансамбль: смех, слезы и Нортон
А теперь держитесь за стулья, потому что кастинг здесь такой, что хочется спросить: «Оливия, на какой компромат ты их всех купила?». В кадре — сама Уайльд, знойная Пенелопа Крус (муза Альмодовара в снегах Юты — это уже поэзия), Сет Роген и Эдвард Нортон.
Вы только вдумайтесь в этот коктейль! Сет Роген, человек, чей смех похож на работу старого дизельного двигателя, здесь играет драму. А Эдвард Нортон? Тот самый Нортон, который славится тем, что может переписать сценарий прямо на площадке, поругаться с режиссером и смонтировать фильм за спиной у продюсеров (привет, American History X!). Если Уайльд удалось заставить его просто играть по тексту, ей нужно выдать Нобелевскую премию мира вне очереди. Сценарий, кстати, написали Рашида Джонс (да-да, Энн Перкинс из Parks and Recreation!) и Уилл МакКормак. В общем, компания подобралась интеллигентная.
Ночь длинных чеков
Сразу после премьеры началось то, ради чего мы все любим этот бизнес — кровавая баня за права на прокат. Пока мы с вами мирно спали, акулы индустрии устроили настоящую гладиаторскую битву. A24, Neon, Searchlight Pictures и вездесущий Netflix (куда же без красной буквы N?) рвали друг другу глотки до самого утра воскресенья 💸.
Инсайдеры шепчутся, что фильм получился настолько «вкусным» и своевременным, что студии готовы выложить за него бюджет небольшой африканской страны. Критик Адам Читвуд из TheWrap уже успел рассыпаться в комплиментах, отметив, что Уайльд мастерски обманывает ожидания: когда кажется, что сюжет свернет в банальность, она делает резкий поворот руля в сторону честности и смыслов. Браво!
Запахло статуэтками
Злые языки (и добрые тоже) уже пророчат картине сезон наград. И знаете что? С таким кастом и режиссурой, которая заставляет критиков захлебываться от восторга, у The Invite есть все шансы не только собрать кассу, но и заставить академиков прослезиться. Кто в итоге заберет этот лакомый кусочек — A24 со своим артхаусным шиком или Netflix с его бездонными карманами — пока загадка. Но одно ясно точно: мы этот фильм увидим. И, судя по всему, нам будет о чем поговорить после просмотра.
