«Поговорим про это». Господи, какой нафталин! Звучит, словно рубрика в журнале «Здоровье» за 1986 год, которую стыдливо читали под одеялом с фонариком. В наши дни, когда интимная жизнь обсуждается с той же будничной интонацией, что и рост тарифов ЖКХ, подобный эвфемизм кажется милой архаикой. Но давайте честно: количество контента вовсе не гарантирует качество. Чаще всего экранный эрос скатывается либо в унылую гимнастику, либо в пошлый водевиль. Мы же, как истинные гурманы, ищем нечто иное — где за расстегнутой пуговицей скрывается драма, ирония и бездна смысла. И да, забудьте на секунду про Кэрри Брэдшоу и ее коллекцию туфель — мир давно ушел вперед. 🍿
Секс. До и после
Если вы думали, что Дарья Мороз ограничится лишь актерскими лаврами, то вы плохо знаете этот неугомонный клан. Во втором сезоне своего режиссерского опуса она совершает идеологическое сальто-мортале. Если раньше нам внушали, что постель — это лишь гарнир к основному блюду отношений, то теперь концепция сменилась: десерт тоже важен, господа! Двенадцать новелл — это пестрый калейдоскоп, сшитый белыми нитками питерских дождей и харизмой Юлии Снигирь. А Снигирь, напомню, умеет играть одними глазами так, что Станиславский бы нервно закурил. Здесь она — экскурсовод-петербурговед (звучит уже как диагноз, согласитесь), связывающая воедино этот альманах о том, как горизонтальные желания ломают вертикаль нашей жизни.
Содержанки
Ах, Константин Юрьевич Богомолов и его анатомический театр столичных пороков. Казалось бы, тема «провинциальная золушка покоряет Москву» затерта до дыр еще во времена фильма «Москва слезам не верит», но здесь слез нет — только холодный расчет и интерьеры, стоимостью как бюджет небольшой африканской страны. Это мир, где чувства атрофировались, как хвост у человека в процессе эволюции, а секс превратился в твердую валюту. Богомолов, с его фирменным цинизмом театрального демиурга, препарирует этот террариум единомышленников. Красивые женщины, успешные (и глубоко несчастные) мужчины, криминал и глянцевая тоска. Смотреть на это — всё равно что подглядывать в замочную скважину за жизнью людей, которых вы одновременно ненавидите и которым тайно завидуете.
Открытый брак
Моногамия — это скучно, решили сценаристы, и кинули своих героев в пучину полиамории. Классическая схема: у пары есть всё — квартира, машина, дети, ипотека и тотальная, звенящая пустота внутри. Знаете это чувство, когда «вроде всё хорошо, но хочется выть»? Вот это оно. Герои решают, что легальный адюльтер вернет искру в их брак. О, святая наивность! Наблюдать за тем, как благополучные буржуа пытаются играть в свободные отношения, не разрушив при этом свою психику — отдельный вид садистского удовольствия. Это смешно, больно и пугающе узнаваемо. Идеальный мануал на тему «как окончательно всё испортить, пытаясь всё починить».
Половое воспитание (Sex Education)
Netflix, этот конвейер хитов, семь лет назад выстрелил проектом, который мгновенно стал новой классикой. И дело не только в британском юморе, который, как известно, суше, чем мартини Бонда. Главный аттракцион здесь — Джиллиан Андерсон. Да-да, та самая агент Скалли, которая годами искала истину где-то рядом, теперь играет мать-сексолога, живущую в доме, забитом фаллическими символами. Её сын, застенчивый подросток, открывает подпольную клинику для одноклассников. Это трогательно, умно и гомерически смешно. Здесь говорят о подростковом сексе без ханжества, но с такой теплотой, что хочется немедленно позвонить родителям. Или психотерапевту. А лучше обоим.
Девочки (Girls)
Лина Данэм — это анти-Кэрри Брэдшоу. Если в старом добром Нью-Йорке девяностых все порхали на шпильках и искали Мистера Бига, то героини Girls ищут хотя бы чистую футболку и смысл жизни, попутно попадая в самые неловкие ситуации, какие только можно вообразить. Это гимн несовершенству. Тела здесь реальные, с целлюлитом и складками, секс — неловкий, быстрый и иногда разочаровывающий, а дружба больше похожа на поле битвы. HBO выдал нам пощечину реализмом, и, черт возьми, нам это понравилось! Никаких лепестков роз и шелковых простыней — только суровая правда жизни миллениалов, пытающихся повзрослеть.
Мастера секса (Masters of Sex)
И на десерт — немного ретро и науки. Представьте себе: конец 50-х, эпоха накрахмаленных воротничков и тотальной зажатости. И тут появляются они — ученые, решившие, что оргазм можно измерить линейкой и записать в таблицу. Майкл Шин, с его вечно удивленным лицом, и блистательная Лиззи Каплан играют реальных исследователей Мастерса и Джонсон. Это шоу от Showtime — изысканный коктейль из медицинской драмы и эротического триллера. Наблюдать за тем, как чопорный гинеколог пытается постичь природу страсти с помощью электродов и секундомера — зрелище завораживающее. Тонкий юмор, стиль и драма людей, которые знают о сексе всё, кроме того, как, собственно, любить.
