Позвольте мне пригласить вас в путешествие во времени. Туда, где трава была зеленее, интернет — медленнее, а стриминговых сервисов не существовало даже в самых смелых фантазиях Стива Джобса. Представьте себе мир, где порталы в иные измерения не висели в «облаке», а чинно стояли на металлических полках, упакованные в пластик.
Да-да, я говорю о видеопрокате. Эти маленькие кирпичики счастья — видеокассеты и DVD — были одеты в кричащие обложки, обещавшие нам билет в неизвестность. Именно в такой «святилище» я и забрел со своим старым приятелем Коди в далеком 2005 году. Был вечер пятницы, воздух пах свободой и дешевым попкорном, а мы, два юных оболтуса, умоляли маму Коди взять нам в прокат House of Wax (Дом восковых фигур). Мама, святая женщина, лишь улыбнулась и спросила, какие конфеты мы будем жевать под кровавую баню. Потому что идти в Blockbuster и уйти без снеков — это, друзья мои, преступление против человечества, сравнимое разве что с просмотром фильмов Тарковского на ускоренной перемотке.
Если нам не удавалось просочиться в кинотеатр на очередной свежий слэшер (возрастные рейтинги — проклятие юности!), план «Б» был неизменен: подвал Коди, приглушенный свет и верный видеомагнитофон. Скажу вам по секрету: есть что-то мистическое в просмотре ужастиков под землей. Словно ты сам спускаешься в дантовский ад. Именно там, в этом бункере, мы спустя годы впервые увидим The Descent (Спуск). Но в тот вечер мы дрожали от предвкушения, сжимая в руках коробку с ремейком, который, казалось, был снят специально для нас — тринадцатилетних подростков с гормональным штормом в голове.
Добро пожаловать на лекцию по истории хоррора, мои маленькие любители китча. Тема сегодняшнего занятия: House of Wax.
Музей мадам Тюссо для психопатов
В отличие от The Texas Chain Saw Massacre (Техасская резня бензопилой), у этого фильма не было армии фанатиков, готовых разорвать режиссера за осквернение святыни. Картина Жауме Кольет-Серры 2005 года — это, по сути, уже третий ремейк, выползший из короткого рассказа Чарльза Белдена 1932 года «Восковые фигуры».
Первая адаптация, Mystery of the Wax Museum (Тайна музея восковых фигур), вышла в 1933 году из-под крыла Warner Brothers. Это был великолепный образец «докодексового» Голливуда, снятый гениальным Майклом Кёртисом. Да-да, тем самым, что подарил нам Casablanca (Касабланка). Студия, известная своими гангстерскими сагами с рычащим Джеймсом Кэгни, сорвала куш.
Но Уорнеры — ребята запасливые. Они придержали права и в 1953 году выкатили ремейк с восходящей иконой ужаса — Винсентом Прайсом. Фильм переименовали в House of Wax, и именно он стал библией для версии 2005 года. В адаптации 53-го (показанной в тогда еще примитивном, «сырном» 3D) Прайс играет изуродованного гения, который превращает людей в экспонаты. Будем честны: это был чистейшей воды бульварный трэш, но публика его обожала. При бюджете в миллион долларов (смешные деньги даже для тех времен) фильм собрал почти 24 миллиона. Неудивительно, что полвека спустя студийные боссы решили: «А почему бы нам не повторить этот фокус, добавив горячих старлеток и немного ню-метала?»
Гламур на убой
О, кастинг этих ремейков нулевых! Это отдельный вид искусства. Фильмы того времени носят год своего выпуска на рукаве, как почетный знак отличия. Для House of Wax студия собрала настоящий «Ноев ковчег» кумиров молодежи: Элиша Катберт, Чад Майкл Мюррей, Джаред Падалеки… Эти ребята были настолько красивы и юны, что их уничтожение на экране приобретало какой-то извращенный эстетический смысл.
Трудно объяснить зумерам, насколько велик был Чад Майкл Мюррей. Выпорхнув из уютного городка Старз Холлоу в Gilmore Girls (Девочки Гилмор), он на десятилетие оккупировал девичьи сердца в One Tree Hill (Холм одного дерева). Он был «IT boy» начала нулевых. Как и Элиша Катберт, которая, признаюсь честно, до сих пор остается моей платонической любовью (прости, дорогая, если ты это читаешь). И, конечно, Джаред Падалеки — будущий борец с нечистью из Supernatural (Сверхъестественное), которого здесь, спойлер (но кому какое дело?), утилизируют с особой жестокостью.
House of Wax — фильм перегруженный и раздутый, но чертовски веселый. Моя любимая фишка? Сам дом действительно сделан из воска. Идея строить такое здание в жаркой Луизиане звучит как архитектурное самоубийство, но как концепт — это просто песня! Смотреть это кино через призму серьезной критики — значит лишать себя удовольствия. Оставьте свой монокль дома. Лучшая стратегия: пицца, газировка (или что покрепче, если вам уже можно) и компания друзей, готовых смеяться над абсурдом.
Увидеть, как умирает Пэрис
Послушайте, я не собираюсь защищать нравы начала XXI века. Они были, мягко говоря, специфическими. Но маркетинговая кампания «See Paris Die» (Смотри, как Пэрис умирает) была гениальным ходом циничных маркетологов Warner Brothers. Да, в фильме снялась Пэрис Хилтон, и студия буквально продавала билеты, обещая зрителям ее кончину на экране. Представляете такое сегодня? «Твиттер» бы взорвался от негодования быстрее, чем вы успеете сказать «культура отмены».
В то время Пэрис была тем, чем позже станут Кардашьяны: звездой реалити-шоу, которую общественность дружно ненавидела, но не могла перестать обсуждать. Это был наш общий грешок. Но надо отдать Хилтон должное: она была в доле. Она позировала в футболках с надписью «See Paris Die» и прекрасно понимала правила игры. Это был кастинг-трюк, доведенный до абсолюта. Увы, финансово это фильм не спасло (71 миллион сборов при 40 бюджета — не густо), но спросите любого про этот фильм сегодня, и вам ответят: «А, это тот, где убивают Пэрис Хилтон?»
Я не ходил к психотерапевту — я ходил в кино
А теперь позвольте сменить тон и убрать иронию в карман. Причина, по которой я оказался в том подвале в пятницу вечером, была не только в дружбе. Мой отец умирал от рака. Семья Коди знала это и забирала меня к себе, давая передышку моим родителям в самые темные времена. Это было бегство. Спустя пару месяцев после того просмотра мы вернулись из очередного похода в прокат, и на автоответчике мигала лампочка. Голос моей мамы. Спокойный, не истеричный, но мама Коди, взглянув на меня, все поняла раньше, чем я.
21 августа 2005 года мой отец ушел. Я не помню, какую кассету мы взяли в тот день, но часто думаю об этом. Я думаю о том, как мы прятались в подвале, сбегая в выдуманные миры. Я говорю это не ради жалости, а потому что это правда: кино всегда было и будет лучшим порталом. Некоторые миры там счастливые, некоторые — нет, а в некоторых людей превращают в восковые куклы. Иногда я говорю, что хорроры спасли мне жизнь. Но правильнее будет сказать — кино спасло меня.
Оставляйте свои мысли об этом ностальгическом трипе в комментариях. Читатели, желающие поддержать подобный контент и угостить автора виртуальным бокалом бордо, могут посетить нашу страницу Patreon.
