15 видеоигр, в которые на самом деле играли бумеры (и, о боги, как они это делали)

Давайте будем честны, друзья мои. Задолго до того, как домашние консоли превратились в мультимедийные комбайны, пытающиеся заменить вам и кинотеатр, и психотерапевта, и, кажется, даже супруга, существовала совсем иная эпоха. Время, когда видеоигры не стремились к «кинематографичному реализму» — о нет, они были громкими, беспощадными и наглыми, как панк-рок концерт в подвале спального района. 🎸

Это были те самые тайтлы, что пожирали монетки в аркадных залах с аппетитом Гаргантюа и иногда просачивались в гостиные через громоздкие, словно советские холодильники, телевизоры. Будь то рефлекторное выживание или пиксельный спорт, где мяч больше напоминал квадрат Малевича, — это был опыт, через который прошли наши родители. И, между прочим, играли они в это с одержимостью, достойной лучших персонажей Достоевского. Некоторые из этих игр стали легендами, другие тихо растворились в эфире, но все они определили, чем вообще являются видеоигры, задолго до того, как кто-то начал беспокоиться о «сохранениях» или, прости господи, онлайн-таблицах лидеров.

Итак, давайте смахнем пыль с картриджей и посмотрим, во что рубились «бумеры», когда деревья были большими, а пиксели — огромными.

Минимализм и абстракция: Начало начал

Pong (Pong). Слушайте, ну это же чистый дзен-буддизм. Две палочки, один квадратик и пустота. Если бы Антониони делал видеоигры, он бы сделал Pong. Это сейчас нам подавай сюжетные арки, а тогда люди часами гоняли цифровой мяч, испытывая катарсис, сравнимый разве что с просмотром французской новой волны. Гениально в своей простоте.

Breakout (Breakout). Тот же Pong, только теперь вы в одиночестве сражаетесь со стеной. Метафора жизни, не находите? Кстати, за созданием этой игры стояли не кто иные, как Стив Джобс и Стив Возняк, еще до того, как первый надел свою знаменитую водолазку, а второй стал иконой гиков. Разрушать стену по кирпичику — это ли не мечта любого бунтаря?

Космическая одиссея и паранойя Холодной войны

Space Invaders (Space Invaders). О, этот звук… Тум-тум-тум-тум, ускоряющийся по мере того, как пришельцы спускаются ниже. Это вам не скримеры из современных хорроров, это чистая, дистиллированная тревога. Игра, которая заставила Японию испытывать дефицит монет в 100 йен (хотя это, скорее всего, красивая легенда, но мы же любим красивые легенды, верно?).

Asteroids (Asteroids). Векторная графика, друзья! Черно-белая элегантность, где вы — маленький треугольник в безжалостном космосе. Инерция здесь работала честнее, чем в большинстве современных блокбастеров за 200 миллионов долларов. Врежешься в камень — умрешь. Все как в жизни.

Galaga (Galaga). Если Space Invaders — это черно-белое немое кино, то Galaga — это уже цветной техниколор. Враги здесь не просто падали вниз, они совершали камикадзе-атаки, кружась в смертельном танце. Настоящий балет смерти.

Missile Command (Missile Command). А вот тут шутки кончаются. Вы защищаете города от ядерных боеголовок. Игра, в которой нельзя победить, можно только отсрочить неизбежное. Самый депрессивный и философский шутер эпохи Рейгана. Поговаривают, создателю игры снились кошмары о ядерном апокалипсисе. Еще бы!

Defender (Defender). Игра для тех, у кого пальцы пианиста и реакция мангуста. Куча кнопок, скроллинг, необходимость спасать маленьких человечков… Это был «Хардкор» еще до того, как это слово вошло в обиход.

Зверинец и лабиринты сознания

Pac-Man (Pac-Man). Желтый колобок, пожирающий таблетки под психоделическую музыку в неоновом лабиринте, убегая от призраков. Если вдуматься, сюжет звучит как бэд-трип, но на деле — это первая настоящая суперзвезда индустрии. Пэкмен стал узнаваемее Микки Мауса. Культурный феномен, который научил нас, что еда — это сила. 🍕

Donkey Kong (Donkey Kong). Дебют усатого плотника (да-да, тогда он еще не переквалифицировался в сантехники), который спасает даму от гигантской обезьяны. Классический сюжет «Красавицы и Чудовища», только с бочками. Именно здесь Сигэру Миямото доказал, что видеоигры могут рассказывать истории, пусть и примитивные.

Frogger (Frogger). Экзистенциальный ужас лягушки, пытающейся перейти шоссе. Кто из нас не чувствовал себя этим земноводным в час пик? Простая концепция, но сколько драмы в каждом раздавленном пикселе!

Centipede (Centipede). Стрельба по гигантской сороконожке, которая распадается на части. Быстро, хаотично и невероятно затягивающе. Одна из первых игр, созданных женщиной (доной Бейли), и, возможно, поэтому она была так популярна среди обоих полов. Цветовая палитра там — просто вырви глаз, но в хорошем смысле.

Домашний уют и советский экспорт

Tetris (Tetris). Ну, тут снимаем шляпу. Алексей Пажитнов подарил миру «Тетрис», и это, пожалуй, наш главный культурный экспорт наряду с балетом и Достоевским. Идеальная игра. Хаос, который нужно упорядочить. Метафора бюрократии? Или самой жизни? Никто не знает, но мелодию «Коробейники» теперь знает каждый ребенок от Токио до Нью-Йорка.

Pitfall! (Pitfall!). Индиана Джонс на минималках. Крокодилы, лианы, сокровища. Для Atari 2600 это был технологический прорыв — 255 экранов! Представьте себе, целый мир в нескольких килобайтах кода. Дэвид Крейн сотворил чудо, заставив нас поверить в приключение, сидя на ковре перед телевизором.

Combat (Combat). Танчики! Что может быть лучше, чем подстрелить танк своего друга рикошетом от стены? Игра поставлялась в комплекте с Atari, поэтому в нее играли абсолютно все. Это была проверка дружбы на прочность, похлеще, чем совместный ремонт.

Pole Position (Pole Position). «Prepare to qualify!» — кричал голос из динамика, и мы верили, что мы на трассе Формулы-1. Взрыв красок, скорость и рекламные щиты по бокам трассы. Это было настолько реалистично (для 1982 года), что казалось, еще чуть-чуть — и почувствуешь запах жженой резины.

Так что, когда вы в следующий раз увидите «бумера», не спешите закатывать глаза. Вполне возможно, что в своей юности этот человек спасал галактику, уничтожал империи и уворачивался от бочек с ловкостью, которая вам и не снилась. 😉