Слушайте, вы же знаете этого парня в кепке? Того самого, который научил нас бояться открытой воды и любить инопланетян с горящими пальцами. Да-да, речь о дедушке Стивене. Казалось бы, 2025 год Стивен Спилберг провел в режиме тишины: ни тебе блокбастеров, ни камерных драм, снятых его дрожащей, но гениальной рукой. Казалось бы, можно выдохнуть, расслабить галстук и просто ждать его следующий проект Disclosure Day. Но нет! Этот неугомонный титан Голливуда умудрился вписать свое имя в историю «Оскара» даже тогда, когда, фигурально выражаясь, просто вышел за хлебом. 🎬
Итак, давайте по порядку, мои дорогие циники. Пока мы с вами спорили о том, умер ли кинематограф или просто дурно пахнет, Спилберг побил свой же собственный рекорд. И все благодаря ленте Hamnet.
Когда продюсер — это не просто строчка в титрах
Вы наверняка слышали об этой картине — слезоточивая (в хорошем, катарсическом смысле) экранизация Шекспировской семейной драмы. У руля встала Хлоя Чжао — та самая, что заставила нас полюбить закаты и Фрэнсис Макдорманд в фургоне. В главных ролях — Пол Мескал (человек, чьи глаза, кажется, всегда на мокром месте, будь то римский Колизей или ирландская глушь) и Джесси Бакли, актриса такой мощи, что от одного ее взгляда трескаются объективы. И вот, Hamnet срывает куш: восемь номинаций на «Оскар», включая главную — «Лучший фильм». И тут на сцену выходит, поправляя очки, наш герой.
Знаете, в Голливуде есть продюсеры, которые просто дают деньги, чтобы их имя красиво смотрелось на постере. Спилберг — не из таких. Он, простите за пафос, архитектор успеха. Благодаря номинации Hamnet, Стивен теперь официально абсолютный рекордсмен: 14 номинаций на «Лучший фильм» в качестве продюсера. Четырнадцать, Карл! У его ближайшего преследователя, Скотта Рудина, всего девять, а у Кэтлин Кеннеди, покидающей Lucasfilm (вероятно, под звуки имперского марша), — восемь.
Конечно, единственная статуэтка в этой категории у него пока только за Schindler’s List, но, согласитесь, статистика все равно такая, что хочется встать и нервно закурить.
Интуиция старого мастера
Но давайте отвлечемся от сухой бухгалтерии. Кино — это все-таки магия, а не Excel-таблицы. Спилберг не просто поставил печать «Одобрено» на сценарий. Он, как заправский сводник, поженил этот материал с идеальным режиссером. История гласит (и Vanity Fair это подтверждает), что изначально роман Мэгги О’Фаррелл подсунул Спилбергу не кто иной, как Сэм Мендес. Видимо, после того как Сэм наигрался в войнушку в 1917, его потянуло на высокую литературу.
А дальше случилось то, что Спилберг, с присущей ему кинематографической мудростью, описал на премьере в Лос-Анджелесе. Он сказал примерно следующее (перевожу с языка гениев на человеческий):
«Режиссеры вечно рыщут в поисках историй, но иногда история сама выбирает, кому отдаться. Книга «Hamnet» нашла дорогу к Хлое Чжао, и другого выбора в этой вселенной просто не существовало. Они нашли друг друга. Это был неизбежный мэтч, потому что суперсила Хлои — это эмпатия».
Красиво стелет, чертяка, правда? Но ведь не поспоришь. Хлоя Чжао с её умением снимать тишину и ветер в поле — идеальный кандидат для драмы о потере и творчестве. И вот мы здесь: Спилберг снова на коне, даже не садясь в режиссерское кресло. Он просто дернул за нужные ниточки, свел нужных людей и снова доказал, что его нюх на шедевры острее, чем у акулы на кровь в его же Jaws. 🦈
Так что, друзья, пока мы ждем его возвращения к режиссуре, давайте просто поаплодируем. Старик снова всех переиграл.
