Представьте себе сцену: десятилетний Стивен Шлосс, полный гордости и детской наивности, приносит в школу дрейдл для рассказа о любимой игрушке («show and tell»). В его голове это был триумфальный момент, сравнимый с презентацией нового айфона. Он ожидал, что одноклассники ахнут от крутости этого вращающегося волчка. Но, как это часто бывает в сценариях, написанных самой жизнью, сюжетный поворот оказался куда более драматичным.
«Вместо триумфа я узнал, что я — тот самый ребенок, который отмечает «другой» праздник, и почти никто не знал, что это за игра», — делится Шлосс, бостонский режиссер, чья детская травма (или, скажем мягче, культурный шок) послужила топливом для его ханукального хоррор-короткометражного фильма (Gimme). Картина, кстати, демонстрируется в эту субботу на фестивале (Dances With Films New York).
Шлосс написал сценарий вместе с продюсером Эйданом Пейном. Лента, недавно отхватившая приз за лучший хоррор на (Filmquest), рассказывает историю девочки Лев (Тейлор Пецца) и ее дедушки Папы Алана. Роль дедушки исполнил Пол Кандарян — актер с той самой фактурной внешностью, которую вы наверняка видели в десятках проектов, но не могли вспомнить имя (к слову, он мастерски умеет нагнетать саспенс одним лишь взглядом). Герои пытаются справиться с потерей матери девочки в канун Хануки. Таинственный дрейдл кажется мостиком для связи с ней, но, как учит нас любой уважающий себя ужастик, игры с потусторонним редко заканчиваются чаепитием.
Стивен также выступает исполнительным продюсером новоанглийской студии Hot Brick Entertainment. Его предыдущие работы, (Katie’s Skin) и (Writer’s Block), уже создали ему репутацию человека, который не идет на компромиссы с совестью и зрительскими нервами.
И вот вам новость, достойная тоста: (Gimme) уже куплен платформой (Screambox) для дистрибуции в декабре 2026 года — как раз к следующей Хануке. Да-да, планирование на уровне голливудских студий.
Мы поболтали со Стивеном Шлоссом о том, существует ли вообще аудитория для «еврейского хоррора», почему он не стал делать (Gimme) «стерильным» и как любовь к своему делу превращает работу в вечный отпуск.
Стивен Шлосс о создании (Gimme)
MovieMaker: Как вы вообще докатились до жизни такой — стали режиссером?
Стивен Шлосс: Вопрос на миллион долларов. Честно говоря, мне кажется, этот «вирус» сидел во мне всегда, ожидая подходящего момента для активации. В детстве я буквально умолял отца водить меня в (Blockbuster) — помните этот храм видеокассет? — несколько раз в неделю. Иногда просто чтобы побродить по отделу ужасов и поглазеть на обложки VHS, которые мне еще было запрещено смотреть. Это было сладостное предвкушение запретного плода 🍎. Пока другие дети играли на улице, я терялся в видеоиграх, фигурках и своей растущей коллекции DVD.
Единственным исключением был соревновательный пейнтбол — моя первая одержимость до кино. Кстати, отличная школа жизни: там тоже нужно решать творческие задачи под обстрелом, совсем как на съемочной площадке. Школа давалась мне тяжело, если это не был урок рисования. Но когда в старших классах я впервые взял в руки mini DV камеру, все встало на свои места. Этот стиль «беги и снимай» (run and gun) оказался моим родным языком.
Эта страсть привела меня в Бостонский университет, а затем — на стажировку к Ричарду Н. Гладстайну. На секундочку, это продюсер (Pulp Fiction), (The Cider House Rules) и (The Bourne Identity). Неплохая школа, верно? С 2010 года я использую пленку как способ рассказывать истории, и в последнее время меня все больше тянет в темные воды хоррора.
MovieMaker: Откуда вообще взялась идея для (Gimme)?
Стивен Шлосс: Все из того же школьного фиаско с дрейдлом. Я ожидал оваций, а получил урок о том, что такое быть «другим». В детстве я отчаянно хотел увидеть ханукальный ужастик. Рождество всегда затмевало наш праздник своими (Home Alone) и (Die Hard). Я вырос в нерелигиозной, но культурно еврейской семье, и меня печалит, что гордости за нашу идентичность становится меньше, особенно на фоне роста антисемитизма. (Gimme) — это мой ответ. Фильм, укорененный в еврейской культуре, но понятный каждому. Это то кино, которое я сам хотел бы посмотреть в 14 лет, поедая пончики с джемом.
MovieMaker: Вас удивляет, что еврейских хорроров так мало?
Стивен Шлосс: О да. Когда Элай Рот анонсировал свой (Thanksgiving) в 2023 году, мне показалось, что мир просто решил пропустить Хануку, как надоедливую рекламу на YouTube. Я начал спрашивать себя: почему на (Shudder) или (Screambox) нет карусели ханукальных фильмов, как для Рождества? Разве мы этого не заслужили? Или продюсеры думают, что у нас недостаточно метрик? Я захотел изменить это, сделав что-то смелое. Зловещий дрейдл, который через ужас сближает семью, — идеальный кандидат.
MovieMaker: Что было самым сложным, кроме объяснения актерам, как правильно крутить волчок?
Стивен Шлосс: Рассказать правильную историю о традициях и ритуалах. (Gimme) прошел через два круга производственного ада. После первого раунда съемок финал не работал от слова «совсем». У меня был выбор: переснимать третий акт или позволить проекту умереть. Я выбрал реанимацию и ни разу не пожалел.
MovieMaker: Я знаю, что вы долго спорили с самим собой — спойлер! — стоит ли причинять вред ребенку в кадре… Почему вы приняли такое жестокое решение?
Стивен Шлосс: Да, спойлеры в студию! Я люблю видеть в хоррорах то, что видеть не хочу. В этом вся соль жанра — здесь нет безопасных зон. Тематически история о умирающей семейной традиции, поэтому вполне логично, что она заканчивается на первенце женского пола. Если бы я спас персонажа, это было бы проявлением слабости и напоминало бы фильм (Krampus) 2015 года. Я хотел выделиться, оставаясь в рамках знакомых тропов.
MovieMaker: Вы также работаете оператором-фрилансером. Как удается балансировать между съемкой чужих свадеб (условно) и режиссурой собственных кошмаров?
Стивен Шлосс: Операторство — это мой хлеб и основной источник финансирования моих фильмов. Там обычно все ярко и радостно, поэтому мои собственные проекты — это побег во тьму 🌑. Балансировать легко: я сам себе хозяин. Поскольку за спиной не стоит студия с кнутом и дедлайнами, я могу позволить себе роскошь не спешить. И это прекрасно.
MovieMaker: Что дальше? Сиквел про зловещую мацу?
Стивен Шлосс: Надеюсь, (Gimme) вырастет в полный метр. Я верю, что мир проглотит его с тарелкой латкес и яблочным пюре. Только, пожалуйста, без сметаны. Это принципиально.
Фильм (Gimme) можно будет увидеть в блоке Midnight Shorts на фестивале (Dances With Films New York) в эту субботу. А мы пока запасаемся попкорном и проверяем свои дрейдлы на предмет паранормальной активности.
