Что такое фотоники? Или почему ваша голограмма требует адвоката в (Star Trek: Starfleet Academy) 🖖
Дамы, господа и формы жизни на углеродной основе, добро пожаловать в удивительный мир, где фраза «ученье — свет» приобретает пугающе буквальный смысл. Если вы думали, что самое сложное в будущем — это запомнить все правила игры в трехмерные шахматы, то спешу вас разочаровать. Всё гораздо сложнее. Речь пойдет о фотониках. И нет, это не название новой инди-группы из Бруклина.
В свежем сериале (Star Trek: Starfleet Academy) нам снова напоминают, что во вселенной «Звездного пути» даже пучок света может страдать от экзистенциального кризиса. Но давайте отмотаем пленку назад, как в старых добрых видеосалонах, и разберемся, с чего началась эта светопляска.
Как Шерлок Холмс создал монстра (случайно, конечно) 🕯️
Все началось в далеком 1988 году, когда трава была зеленее, а андроиды — наивнее. В эпизоде (Star Trek: The Next Generation) под названием «Элементарно, дорогой Дата», Джорди Ла Форж (он же ЛеВар Бертон, человек, научивший половину Америки читать в «Reading Rainbow») совершил классическую ошибку айтишника: неправильно сформулировал техзадание.
Пытаясь развлечь своего друга Дату (Брент Спайнер) игрой в Шерлока Холмса, Джорди обнаружил, что андроид щелкает загадки быстрее, чем вы съедаете попкорн на премьере. В сердцах он попросил компьютер создать злодея, способного одолеть Дату. Компьютер, будучи буквалистом (как и любой хороший ИИ), создал профессора Мориарти. И этот голографический джентльмен, блестяще сыгранный Дэниелом Дэвисом, внезапно осознал себя. Вуаля! У нас есть разумная голограмма, которая понимает, что она — всего лишь набор фотонов в коробке. Жутковато, правда? Это вам не Пиноккио, мечтающий стать настоящим мальчиком; это Пиноккио, который понял, что он — дрова, и решил захватить лесопилку.
Доктор, который не стареет (завидуйте молча) ⚕️
С тех пор сценаристы «Звездного пути» возвращались к идее живого света чаще, чем Николас Кейдж соглашается на странные роли. В (Star Trek: Voyager) эта концепция достигла своего апогея. Экипаж корабля, потеряв весь медицинский персонал (бывает, дело житейское), был вынужден оставить Экстренную Медицинскую Голограмму включенной 24/7.
Роберт Пикардо, сыгравший Доктора, — это вообще отдельная песня. Вы можете помнить его как Ковбоя из (Innerspace) или тренера из (The Wonder Years), но именно здесь он развернулся на полную. Его персонаж, будучи по сути сложной лампочкой с характером, развил самосознание, обзавелся хобби (опера, естественно) и стал самым человечным существом на корабле.
И вот тут кроется главная ирония актерской профессии: поскольку Доктор состоит из силовых полей и света, он не стареет. Это позволило Пикардо с легкостью вернуться к роли в (Star Trek: Starfleet Academy), действие которого происходит спустя восемь веков после событий «Вояджера». Удобно, не так ли? Никакого ботокса, только качественные спецэффекты.
Права, свободы и мобильные эмиттеры 📱
Изначально голограммы были, скажем так, привязаны к розетке. Они могли существовать только там, где были установлены эмиттеры — в голодеке или медотсеке. Представьте, что вы можете жить только в ванной комнате. Не самый лучший расклад для развития личности, согласитесь. Доктор страдал от клаустрофобии (если это применимо к софту), пока в эпизоде «Future’s End, Part II» ему не подарили чудо техники из будущего — мобильный эмиттер. Эта маленькая штуковина на плече позволила ему гулять где вздумается. По сути, он стал первым в мире айфоном с ногами.
Но свобода передвижения породила этические дилеммы, достойные пера Достоевского. Если голограмма мыслит, чувствует и поет арии, можно ли заставлять её работать в шахтах? Звездный Флот, эта утопическая организация, внезапно оказался в роли рабовладельца, используя сотни голограмм для добычи дилития. Доктор, как истинный правозащитник (и немножко зануда, будем честны), в эпизоде «Author, Author» добился признания своих прав. Потому что даже если ты сделан из света, это не значит, что тебя можно выключать, когда вздумается.
Каскианцы: Подростки, которым на самом деле пара месяцев 👽
К 32-му веку, в котором разворачивается действие (Star Trek: Starfleet Academy), ситуация стала еще интереснее. Знакомьтесь: Сэм (Керрис Брукс). На вид ей около 17 лет, но по факту она младше вашего последнего обновления Windows. Сэм — каскианка, представительница расы фотоников, живущих на планете Каск.
Да, вы не ослышались. За прошедшие века голограммы не просто получили права, они основали свою колонию, стали изоляционистами (видимо, устали от органиков с их вечными проблемами пищеварения) и теперь гордо именуют себя «фотониками». Сэм — их посол в Академии, созданная с конкретной целью: интегрироваться и изучать нас, мягкотелых. Ирония в том, что ей приходится сверяться со своим программным кодом, чтобы узнать о собственных интересах. Это как если бы вы читали инструкцию к микроволновке, чтобы понять, любите ли вы пиццу.
Так что, друзья, (Star Trek) продолжает задавать неудобные вопросы, завернутые в обертку из научной фантастики. Что делает нас живыми? Душа? Сознание? Или просто способность раздражать окружающих своим пением? Кажется, фотоники справляются со всем этим на отлично.
Смотрите (Star Trek: Starfleet Academy) на Paramount+ и не забывайте протирать мониторы — вдруг они тоже живые? 😉
