Битва титанов и богов: Дарксайд против Таноса, или Почему философия страшнее любви
Девин Минан
Мой дорогой читатель, налейте себе бокал чего-нибудь терпкого и устраивайтесь поудобнее. Сегодня мы с вами погрузимся в пучину, где мораль — понятие относительное, а подбородки персонажей напоминают стиральные доски. Мы поговорим о вечном: о том, как две гигантские корпорации, Marvel и DC, десятилетиями играют в увлекательную игру «спиши, только не точь-в-точь». И главные фигуры на этой шахматной доске — два гранитных монумента зла: Дарксайд и Танос.
Оба — высокие, с лицами, высеченными из скалы (или бетона низкого качества, тут уж как повезет с художником), оба одержимы идеей геноцида вселенского масштаба. Дарксайд гоняется за Уравнением Анти-Жизни, чтобы заставить все сущее маршировать строем, а Танос, как заправский плюшкин, собирает Камни Бесконечности, чтобы просто «проредить грядки» космоса. Оба стали главными антагонистами своих киновселенных: Танос в исполнении харизматичного Джоша Бролина (который, к слову, в No Country for Old Men выглядел не менее угрожающе без всякого фиолетового грима) стал лицом «Саги Бесконечности», а Дарксайд (Рэй Портер) должен был стать ночным кошмаром в так и не родившейся киновселенной Зака Снайдера.
Но фанаты комиксов — народ беспокойный. Им мало просто смотреть, им нужно знать: кто кого? Обычно такие споры напоминают перепалку в песочнице на тему «мой папа побьет твоего папу». Но я, ваш покорный слуга, хоть и грешу симпатией к Marvel, вынужден признать горькую истину: Дарксайд вытирает Таносом пол. И вот почему.
Бог против Титана: весовые категории имеют значение
Давайте будем честны. Танос — парень серьезный. В Avengers: Infinity War он размазал Халка (Марк Руффало) так, будто тот был сделан из зеленого желе. А в комиксе Infinity Gauntlet (творение Джима Старлина и Джорджа Переса) он и вовсе аннигилировал половину героев Marvel одной левой. Безумный Титан — это мощь, это ярость, это… смертный.
Да-да, мой друг. Танос, при всем своем величии, остается существом смертным, со всеми вытекающими комплексами и неврозами. А Дарксайд? О, это совсем другая лига. Это Бог Зла и Тирании. Это не просто «сильный дядька», это стихия. В сюжетной арке Rock of Ages Гранта Моррисона фраза «Darkseid Is» («Дарксайд Есть») стала мантрой ужаса. Он вездесущ и неизбежен, как похмелье после премьеры плохого русского артхауса. У Таноса нет этой метафизической подкладки.
Даже в кроссоверах, где эти двое встречались, иерархия очевидна. В Marvel Versus DC (1996) Дарксайд, глядя на Таноса, бросает уничтожающую фразу: «Бледная имитация меня». Согласитесь, звучит как приговор от мэтра зарвавшемуся дебютанту.
Кто был первым, того и тапки
История — дама упрямая. Дарксайд появился на свет в 1970 году в комиксе с восхитительно нелепым названием Superman’s Pal Jimmy Olsen. Его создатель, великий Джек Кирби (человек, который придумал половину вселенной Marvel, пока Стэн Ли раздавал интервью), перешел в DC и принес с собой концепцию «Новых Богов».
Джим Старлин, отец Таноса, никогда особо не скрывал, откуда растут ноги у его фиолетового детища. Дебютировав в 1973 году в Iron Man, Танос был откровенным оммажем (читай: плагиатом) творчества Кирби. Забавная деталь: изначально Старлин вдохновлялся другим персонажем Кирби — Метроном, этаким космическим интеллектуалом в кресле. Но редактор Marvel Рой Томас, взглянув на эскизы, сказал гениальную вещь: «Слушай, если уж собрался воровать кого-то из Новых Богов, воруй Дарксайда, он круче!» И ведь не поспоришь!
Тиран против маньяка: Фрейд бы плакал
Здесь мы подходим к самому интересному — психологии. Джек Кирби, прошедший Вторую мировую войну и видевший ужасы нацизма своими глазами (и, к слову, нарисовавший Капитана Америку, бьющего Гитлера в челюсть еще до вступления США в войну), вложил в Дарксайда всю свою ненависть к фашизму. Апоколипс — это тоталитарный ад, где нет воли, есть только подчинение. Дарксайд — это абсолютный диктатор, Фюрер космического масштаба.
Танос же… Танос — продукт другой эпохи. Это дитя контркультуры и цинизма 70-х. Он не хочет править; он хочет убивать. Он влюблен в Смерть. Буквально. В женщину-скелет в капюшоне. В комиксе Thanos Rising нам показывают юного Таноса, который сначала мучает зверушек, а потом переходит на людей. Он классический серийный убийца, чьи масштабы просто вышли на галактический уровень. Грант Моррисон метко подметил: если Дарксайд — это оживший кошмар 40-х, то Танос — это готический «bad trip» 70-х.
Отцы и дети: пособие, как не надо делать
Если вы думали, что ваши отношения с родителями сложные, взгляните на этих двоих. Оба — отвратительные отцы. Дарксайд в рамках политического пакта отдал своего сына Ориона на воспитание врагу, а сам получил чужого ребенка, которого тут же сдал в пыточные ямы к бабушке (милейшей Грэнни Гуднесс). Высокие отношения!
Танос не отстает. Гамора (Зои Салдана) и Небула (Карен Гиллан) в киновселенной — это лишь вершина айсберга. В комиксах Танос плодил детей по всей галактике только для того, чтобы… убить их всех в качестве подарка своей возлюбленной Смерти. А в Infinity он вообще вторгается на Землю, чтобы прикончить своего сына Тейна, опасаясь конкуренции. В общем, звание «Отец года» этим ребятам точно не светит.
Симп космического масштаба
И вот мы подошли к финалу, мой скептичный друг. В чем главная разница? Дарксайд ищет Уравнение Анти-Жизни. Это философия, это математика подавления воли. Это страшно, потому что это интеллектуально.
А Танос? Танос — это, простите мой французский, космический «симп». Он устраивает геноцид половины вселенной, чтобы впечатлить девушку, которая его игнорирует! Госпожа Смерть даже не разговаривает с ним. Он убивает миллиарды, а она все равно оставляет его во «френдзоне». Это делает Таноса персонажем трагическим, местами даже жалким. Не зря Старлин назвал его в честь Танатоса — влечения к смерти. Это история о саморазрушении и тотальном одиночестве.
Дарксайд же не нуждается в любви. Он не нуждается в жалости. Он просто есть. И именно поэтому, если бы эти двое сошлись в темном переулке галактики, победил бы тот, кто не проверяет каждые пять минут телефон в ожидании сообщения от любимой, а тот, кто заставляет этот телефон (и его владельца) исчезнуть силой мысли.
Так что, поднимая бокал за злодеев, давайте признаем: Танос — это драма, но Дарксайд — это рок.
