Дорогие мои синефилы, усаживайтесь поудобнее. Сегодня мы с вами препарируем феномен, который мучает каждого второго зрителя, рискнувшего включить телевизор. Вы смотрите на экран, видите знакомое лицо и начинаете судорожно рыться в чертогах разума: «Где, чёрт возьми, я видел эту женщину?!».
Речь, разумеется, о Тейлоре Шеридане и его бесконечной, как техасские прерии, саге Yellowstone. В этом заповеднике тестостерона и ковбойских шляп, где Кевин Костнер (старина Джон Даттон III) смотрит вдаль так значительно, что хочется встать по стойке смирно, появилась одна занятная особа. Саммер Хиггинс. Эко-активистка, веганка и — о, ирония судьбы — новая пассия главного землевладельца. Она ворвалась в четвертый и пятый сезоны, чтобы раздражать Бет Даттон (Келли Райли) и соблазнять Джона, несмотря на то, что их взгляды на мир отличаются сильнее, чем фильмы Тарковского и комиксы Marvel.
Актрису зовут Пайпер Перабо. И если вы сейчас нахмурили лоб, пытаясь вспомнить, в каком году вы влюбились в эту улыбку, — выдохните. Я здесь, чтобы провести для вас экскурсию по аллее славы этой барышни. Поверьте, её фильмография пестрее, чем гардероб Филиппа Киркорова: от танцев на барной стойке до шпионских игр и обнимашек с Брюсом Уиллисом.
Барная стойка, мокрые майки и Джерри Брукхаймер
Ах, нулевые! Время, когда джинсы носили на бедрах, а санитарные нормы в кино никого не волновали. Именно тогда, в 2000 году, мир увидел Coyote Ugly («Бар «Гадкий койот»»). Сюжет прост, как три копейки, но работает безотказно, как автомат Калашникова: провинциалка Вайолет Сэнфорд (наша Пайпер) сбегает из скучного Нью-Джерси в Нью-Йорк, чтобы стать певицей. Но вместо сцены Карнеги-холла она находит работу в баре, где текила льется рекой, а барменши пляшут на стойке прямо в обуви.
Скажем честно, с точки зрения гигиены это кошмар уровня районной поликлиники, но как зрелище — чистый восторг! Продюсер Джерри Брукхаймер знает, как сделать красиво. Вайолет там проходит через огонь, воду и штрафы пожарной инспекции, поёт песню Blondie и находит себя. Шедевр ли это кинематографа? Помилуйте, нет. Но это то самое «guilty pleasure», которое мы пересматриваем, когда хочется тепла и абсурда. И да, там есть Тайра Бэнкс и Джон Гудман, что автоматически добавляет фильму +100 к карме.
Шпионка, выйди вон (на канал USA Network)
Помните эпоху кабельного телевидения, когда сериалы были легкими, как летний бриз? Канал USA Network подарил нам Covert Affairs («Тайные операции»). Пайпер Перабо здесь сменила кожаные штаны на строгие костюмы ЦРУ. Она играет Энни Уокер — стажера, которого внезапно (ну естественно!) повышают до полевого агента.
Её героиня знает семь языков — навык, который в реальной жизни пригодился бы разве что для заказа такси в любой точке мира, но в сериале делает её супершпионом. В напарниках у неё слепой спецагент Огги (Кристофер Горам), и вместе они спасают мир под легкую музыку. Это не Tinker Tailor Soldier Spy, здесь не нужно морщить лоб, пытаясь понять, кто двойной агент. Это просто весело. И именно здесь Перабо доказала, что способна тащить на себе целый сериал, не сгибаясь под тяжестью сценария.
Нолан, фокусы и петли времени
А теперь добавим немного интеллектуального снобизма. Вы могли моргнуть и пропустить этот момент, но Пайпер снималась у самого Кристофера Нолана в The Prestige. Да-да! В том самом фильме, где Хью Джекман и Кристиан Бэйл меряются… цилиндрами. Перабо играет Джулию, жену героя Джекмана и ассистентку, чья трагическая гибель в аквариуме (опять проблемы с водой, заметьте!) запускает весь этот маховик мести. Роль небольшая, но сюжетообразующая. Не утонула бы она — не было бы фильма. Шах и мат.
Или возьмем Looper («Петля времени») Райана Джонсона. Фильм, где Джозеф Гордон-Левитт пытается играть Брюса Уиллиса, а Брюс Уиллис играет самого себя, только уставшего. Перабо там — Сьюзи, танцовщица и дама сердца главного героя. Роль второго плана, но Пайпер, как хороший специя, добавляет вкуса даже в самый сложный футуристический боевик.
Анатомия безумия
И вот мы добрались до настоящего времени. Если вы думали, что Grey’s Anatomy закончилась примерно тогда, когда у вас появился первый пейджер, вы ошибаетесь. Этот медицинский левиафан живее всех живых. В 21-м сезоне (вы только вдумайтесь в эту цифру!) Перабо заглянула на огонёк в образе Дженны Гэтлин.
Её персонаж — это вам не милая барменша. Это мать-тигрица, у которой дочь упала с дерева. И когда врачи начинают мямлить про восстановление, Дженна поступает в лучших традициях боевиков 90-х: приносит в больницу газовый баллон и угрожает взорвать отделение к чертям собачьим, если её дитятку не вылечат немедленно. «Я сейчас на полосе злых, властных женщин», — смеялась Перабо в интервью. И знаете что? Ей это чертовски идёт.
Так что, друзья мои, когда вы в следующий раз увидите Саммер в Yellowstone, знайте: перед вами не просто эко-активистка. Перед вами ветеран барных стоек, полиглот из ЦРУ и женщина, способная утонуть у Нолана и взорвать больницу у Шонды Раймс. А это, согласитесь, заслуживает бокала хорошего вина… или хотя бы уважительного кивка.
