«Кто вообще в здравом уме заводит дома шимпанзе?» — философски вопрошает смазливый двадцатилетний тусовщик, чье лицо обладает той блеклой привлекательностью, которую обычно забываешь через секунду после титров. И, знаете, это был его последний риторический вопрос. Потому что буквально мгновение спустя его физиономию сдирают с черепа с такой графической дотошностью, что Фредди Крюгер нервно курит в сторонке. 🐵
Добро пожаловать в Primate («Примат») — фильм, который не пытается притворяться умнее, чем он есть, и слава богу.
Давайте сразу расставим точки над «i», друзья мои. Если вы ищете глубокую драматургию или развитие персонажей в духе Достоевского, то вы ошиблись дверью. Primate интересуется этими скучными материями ровно настолько, насколько голодная акула интересуется поэзией Серебряного века. Нет, здесь балом правят старое доброе ультранасилие, жирные спецэффекты и звук, от которого ваши барабанные перепонки попросят политического убежища. О, этот фильм выжимает из каждого канала Dolby Atmos максимум обезьяньего визга!
Сюжет? Ну, он здесь есть, как узор на обоях — чтобы не было видно голой стены. Люси возвращается в родительский особняк на Гавайях (роскошный, как мечта ипотечника). С ней пара подружек, жаждущих вечеринок, а дома ждут сестра и отец-трудоголик, недавно овдовевший. Мама, местная вариация Джейн Гудолл, почила в бозе, оставив после себя не только светлую память, но и «сыночка» — шимпанзе по имени Бен.
Бен — парень непростой. Он живет в клетке а-ля Jurassic Park (помните то знаменитое «Clever girl»?), но гуляет где хочет, жмет руки и даже тыкает в планшет, изъясняясь фразами, озвученными голосом робота из 80-х. Жутковато? Еще бы. Но настоящая веселуха начинается, когда нашего мохнатого интеллектуала кусает бешеное животное. И тут — прощайте, манеры, здравствуйте, первобытные инстинкты! Вся многолетняя дрессировка летит в тартарары, точнее — с того самого гавайского обрыва.
Режиссер Йоханнес Робертс, который до этого заставил нас бояться воды в дилогии 47 Meters Down («Синяя бездна»), здесь с нескрываемым удовольствием признается в любви к Джону Карпентеру и Стивену Кингу. Тут вам и Cujo («Куджо»), и Pet Sematary («Кладбище домашних животных»), и все слэшеры 80-х разом. В свои поджарые 90 минут хронометража Робертс умудряется впихнуть столько жанровых клише, что это даже вызывает уважение.
А теперь — внимание, синефилы! Отца играет Трой Коцур. Да-да, тот самый, что взял «Оскар» за CODA («CODA: Ребенок глухих родителей»). Здесь он расхаживает в льняных одеждах, эффектно хрустит (в переносном смысле, пока что) и отыгрывает глухого отца, что дает сценаристам отличный повод поиграть с саспенсом на тему «он не слышит, что монстр сзади». Остальные персонажи — ветеринары, техники и полуголые юнцы — появляются в кадре ровно для того, чтобы стать «мясом» в стиле Return of the Living Dead. И поверьте, Бен нарезает их с изобретательностью шеф-повара мишленовского ресторана.
Но главное сокровище здесь — сам Бен. Забудьте про этот ваш стерильный CGI и зеленые экраны, где Энди Серкис прыгает в датчиках. Робертс — старовер. Его примат — это восхитительный коктейль из каскадера в костюме, кукловодства и аниматроники. Это настоящее, осязаемое чудовище, которое выглядит (и бьет) куда больнее цифровых аналогов. Камера с любовью смакует его лицо за матовым стеклом, в жалюзи, под водой…
Кстати, о воде. Поскольку шимпанзе плавают примерно как топор, бассейн становится сердцем выживания. Дом, построенный в лондонском павильоне, выглядит одновременно великолепно и нелепо — этакая пародия на объявления с Zillow для нуворишей. Инфинити-пул над пропастью, бункер в стиле шоу «Последний герой» — идеальный полигон для кровавых пряток.
Зачем бешеной обезьяне устраивать изощренный террор вместо того, чтобы просто всех порвать? Не задавайте глупых вопросов. (Помните парня в начале текста? Вот именно).
Primate — это роскошный фан-сервис для тех, кто вырос на журнале Fangoria. Это кино с жирным бюджетом от Paramount, но с душой грязного B-movie, которому чудом удалось проскочить мимо студийных цензоров. В эпоху бесконечных ремейков и так называемого «возвышенного хоррора» от A24, где нас пугают метафорами депрессии, этот фильм — редкая птица. Честный, злой, смешной и ностальгический.
Йоханнес Робертс явно что-то провернул за спинами продюсеров и теперь хихикает в кулак. И я, честно говоря, хихикаю вместе с ним. Если вы скучали по временам, когда кино не стеснялось быть просто аттракционом — бегите в кинотеатры. 🍿
Primate
Режиссер: Йоханнес Робертс
В ролях: Кевин МакНэлли, Джонни Секвойя, Трой Коцур
