Кинематограф, как и хорошее вино, требует правильного послевкусия. И если вы думали, что драма Netflix (Train Dreams) — это просто история о лесорубах и поездах, то спешу вас уверить: это нечто большее. Особенно теперь, когда у нас есть возможность заглянуть за кулисы создания заглавного трека, который, словно последний штрих мастера, завершает эту картину.
Представьте себе: суровый Джоэл Эдгертон (Joel Edgerton), чья способность молчать в кадре красноречивее тысячи диалогов, и утонченная Фелисити Джонс (Felicity Jones) в декорациях Дикого Запада. Но настоящая магия случается, когда гаснет экран и вступает музыка. Видеоклип на песню «Train Dreams», который эксклюзивно представило издание (The Hollywood Reporter), — это не просто нарезка кадров, а, пожалуй, отдельный вид искусства 🎞️.
За музыкальную алхимию отвечали два титана меланхолии и стиля: композитор фильма Брайс Десснер (Bryce Dessner) и сам «принц тьмы» рок-сцены — Ник Кейв (Nick Cave). Да-да, тот самый Кейв, который, кажется, знает о печали этого мира всё, и даже немного больше.
О чем шумит тайга и плачут лесорубы?
Режиссер Клинт Бентли (Clint Bentley), чье творение дебютировало на фестивале (Sundance), а затем перекочевало на уютные сервера Netflix, взялся за непростую задачу — экранизацию новеллы Дениса Джонсона 2011 года. Сюжет вращается вокруг Роберта Грейнье (Эдгертон), трудяги-лесоруба с Тихоокеанского Северо-Запада. Наш герой пытается жонглировать заботой о семье и выживанием в эпоху, когда железные дороги росли быстрее, чем грибы после дождя, а жизнь человека стоила чуть меньше шпалы.
Как заманить легенду в саундтрек?
«Когда мы начали размышлять о песне для фильма, Ник казался идеальным кандидатом», — делится Бентли, вероятно, скромно умалчивая, что заполучить Кейва — это как выиграть в лотерею у судьбы. Ирония ситуации в том, что книга «Train Dreams» оказалась одной из любимых у музыканта. Совпадение? Не думаю. Сначала Кейв, как истинный трудоголик, опасался, что турне не оставит ему времени на творческие муки. Но стоило ему посмотреть фильм, как муза (видимо, в образе сурового лесоруба) постучала в его дверь. Всё сложилось быстрее, чем собирается кубик Рубика в руках чемпиона.
Бентли вспоминает момент, когда он впервые услышал наброски текста, как встречу с божеством. Будучи давним фанатом группы (Nick Cave and the Bad Seeds), режиссер был, мягко говоря, «немного ошеломлен всей этой ситуацией». И его можно понять: когда человек, который не только поет, но и пишет романы, играет в кино и сочиняет музыку, вдруг работает на тебя — это вызывает легкий трепет в коленках.
Голоса на ветру
Когда же Бентли услышал готовую версию, его реакция была предсказуемой, но искренней: «Я был просто потрясен. Это превзошло всё, что я мог себе представить». Песня взяла все те невысказанные чувства, которыми пропитан финал ленты, и перенесла их в иное измерение. «Меня поразило, как песня нарастает к финалу, когда начинают вплетаться другие голоса, словно принесенные ветром», — добавляет режиссер. Лирика Кейва, по его словам, обладает той самой глубокой тайной, которая идеально рифмуется с историей Грейнье. Это не просто музыка — это эхо жизни главного героя 🚂.
Брайс Десснер, коллега Кейва по этому музыкальному преступлению, в интервью отметил, что Ник для него — настоящий музыкальный герой. «Сдержанность фильма — в нем не так уж много диалогов — оставляет огромное пространство для Ника. Он вступает в самом конце и за эти три-четыре минуты говорит больше, чем многие могли бы сказать за час», — резюмирует композитор.
Так что, друзья, если вы хотите услышать, как звучит экзистенциальная тоска в исполнении гения, положенная на историю о строительстве железных дорог, — вы знаете, что делать. Включайте, слушайте и наслаждайтесь тем, как искусство кино и музыки сплетается в один тугой, красивый узел.
