Итан Хоук, пустыня и призраки прошлого: как главный интеллигент Голливуда учил нас беречь дикость
Знаете, друзья мои, есть актеры, которые с годами превращаются в бронзовые статуи самих себя, а есть Итан Хоук. Этот человек — как то самое хорошее вино, о котором все говорят, но мало кто пробовал: с возрастом он становится только сложнее, терпче и, простите за мой французский, чертовски интереснее. После марафонского забега длиной в год, когда он успел сняться у своего вечного подельника Ричарда Линклейтера в Blue Moon (ну а где же еще?), отметиться в The Lowdown и даже заглянуть в хоррор-сиквел Black Phone 2 (видимо, ипотека сама себя не выплатит), наш герой отправился в пустыню.
В минувшую субботу в Палм-Спрингс, где воздух обычно дрожит от жары и концентрации эго на квадратный метр, Хоуку вручали награду за жизненные достижения. И, черт возьми, он это заслужил.
Звезды, сэндвичи и рефлексия
Церемония в Palm Springs Convention Center напоминала сюрреалистическую вечеринку, где в одном зале оказались Майли Сайрус, Адам Сэндлер (надеюсь, он был в своих знаменитых баскетбольных шортах, иначе это не канон), Тимоти Шаламе (куда ж без главного «персика» современности) и Кейт Хадсон. Но пока молодежь сверкала стразами, Хоук, этот вечный мальчик из Dead Poets Society, вдруг ударился в ностальгию.
Получая статуэтку, Итан признался, что чувствует себя «невероятно рефлексирующим». Ну еще бы! Когда ты в игре уже сорок лет, сложно не оглядываться назад. Но вместо того, чтобы толкать скучную речь в духе «спасибо маме, папе и моему агенту», он выдал то, за что мы его и любим:
«Да, я — тот самый постоянный элемент в этом уравнении, — начал он с той самой фирменной ухмылкой, — но в ткань моей карьеры вшито столько людей. Я никогда и ничего не делал в одиночку».
И тут, друзья, доставайте платки, потому что Хоук решил разбить нам сердца.
Уроки ходьбы от Ривера Феникса
Большую часть своей речи он посвятил людям, с которыми делил кадр, и начал с человека-легенды, с «Джеймса Дина» поколения X — покойного Ривера Феникса. В далеком 1985 году, когда многие из вас еще не родились, а деревья были большими, они вместе снимались в Explorers Джо Данте. Это было чудесное кино про пацанов, помешанных на сай-фае 50-х, которые строят звездолет из мусора и палок.
Махершала Али, вручавший награду (и, кстати, тоже тот еще талант), наверняка смахнул скупую мужскую слезу, когда Хоук начал вспоминать:
«Мне было 13. Я сидел в отеле Radisson под Сан-Франциско и смотрел в окно, как 14-летний Ривер Феникс ходит туда-сюда по парковке. Я вышел и спросил: «Ты чего творишь?». А он мне: «Репетирую походку своего персонажа». Представляете? Он устраивал кастинг походок! Мне тогда и в голову не приходило ходить как-то иначе, кроме как «максимально круто». Это была моя единственная актерская задача». 🎬
Сэлинджер против панков
Это была встреча двух миров. Хоук — начитанный мальчик из хорошей семьи, будущий писатель и интеллектуал. И Феникс — босоногий хиппи, выросший в секте, не знавший границ и правил.
«Мы болтали часами. Он никогда не читал книг, и я всучил ему «Над пропастью во ржи» (Catcher in the Rye). Я никогда не слышал панк-рок, и он завалил меня кассетами. Я понятия не имел, кто такие вегетарианцы, а он показывал мне документалки про скотобойни», — вспоминал Итан.
Ирония судьбы, дамы и господа: именно этот светлый парень, учивший Хоука экологическому сознанию, сгорел от передозировки в клубе Viper Room хэллоуинской ночью 1993 года. Ему было всего 23. Джонни Депп тогда владел этим клубом, а Red Hot Chili Peppers играли на сцене, пока Ривер умирал на тротуаре. Но для Итана он навсегда остался тем мальчишкой с парковки. «Он всегда будет частью меня», — сказал он. И мы верим.
Башня, Вавилон и «дикость»
Конечно, Хоук не был бы Хоуком, если бы не перечислил всех своих соучастников преступления под названием «кинематограф». В списке были все: от Питера Уира (спасибо за парты, на которые можно вставать!) до Сидни Люмета (который в Before the Devil Knows You’re Dead выжал из Итана все соки). Упомянул он и Дензела Вашингтона — видимо, вспомнил, как весело было получать «Оскар» за роль копа-наркомана в Training Day.
Но закончил он, как настоящий философ с бокалом красного сухого в руке:
«Мы все знаем, что времена сейчас турбулентные. Но они всегда такие, разве нет? Технологии летят так быстро, что прогресс начинает напоминать отступление. Правда тонет в шуме Вавилонской башни. Но мы не такие хрупкие, как нам кажется».
Итан, стоя в темном костюме посреди пустыни, призвал всех нас к одной простой вещи:
«Я верю в кино. Верю, что творчество — это природа, проявленная в нас. Когда я думаю о своей карьере, честно говоря, я просто отлично провел время. Было весело. Было дико. И вот что я хочу сохранить — эту дикость. Защищайте дикость, друзья мои».
И знаете что? Глядя на современные стерильные блокбастеры, снятые на фоне зеленой тряпки, хочется сказать: спасибо, Итан. Мы постараемся. 🍷
